— Что вы хотите сказать? — вмешался Гарри, увидев, что крёстный изменился в лице.

— Это значит, что тебя могли передать на усмотрение главы Визенгамота кому угодно, — пояснила леди Вальбурга. — Например, семье волшебников, родственной Поттерам… Твои дедушка и бабушка погибли ещё до твоего рождения, но, насколько я знаю, есть Поттеры, которые приходились твоему отцу кузенами и кузинами. Расти у волшебников, я считаю, в любом случае лучше, чем у магглов.

— То есть… кроме Сириуса у меня есть ещё родственники? — удивился Гарри.

— Все волшебники из родовитых семей — родственники, — пояснила Вальбурга. — Но, допустим, к Малфоям или Розье тебя бы не отпустили, так как они были под подозрениями в связи с «Пожирателями», но были и другие. Семьи нейтралов. Те же Гринграссы, да даже Забини или Аббот. Даже Уизли, если принять во внимание твоё наследство. Полагаю, каждая из этих семей была бы счастлива воспитывать, — леди Вальбурга хмыкнула, — «спасителя волшебного мира».

— Н-но… — Гарри почувствовал, как у него закружилась голова. — Я… Мне надо подумать.

— Ну вот, ты расстроила Гарри! — услышал он, как Сириус снова в чём-то упрекает свою мать.

* * *

— Зачем, зачем это всё? — спрашивал Гарри, расхаживая туда сюда по комнате, которую ему выделил Сириус. Раньше здесь жил его младший брат — Регулус Блэк. — Словно… Как будто вся моя жизнь — один большой обман.

Куэс тихо хмыкнула и осторожно обняла его. И Гарри испытал благодарность, а потом вспомнил, что она тоже «Избранная», и что сделали с её матерью, и что «обманом» можно назвать и её жизнь.

— Я больше никому не буду верить. Никому, кроме тебя, Куэс, — зашептал Гарри, крепко прижимая к себе ненастоящее тело, которое тем не менее было тёплым и мягким, с нежной кожей и шелковистыми волосами, и вызвало определённые реакции, которые лишили всяческих мыслей, так стало смущающе неудобно и стыдно. Гарри даже мимолётно порадовался, что Куэс на самом деле ничего не чувствует этим телом, в которое он упёрся… им.

После пасхальных каникул, проведённых в родовом доме Блэков, Гарри ощутил себя ещё ближе к Куэс. Они были вместе: жили и облагораживали мрачный дом, искали что-то подходящее для ритуала разделения. И можно сказать, что вместе пытались немного вразумить Сириуса. В этом к ним присоединилась леди Вальбурга, которая оказалась не столь ужасной, как те же Дурсли. Впрочем, и насчёт своих родственников Гарри тоже думал. Сколько раз его попрекали куском хлеба и насколько нервно реагировали на всё «необычное». Да, Гарри был волшебником, но тётя с дядей и кузеном — нет. «Маги должны жить с магами» — так сказала леди Вальбурга и пояснила и про детские выбросы, которые могут пугать магглов, и даже про обскуры, которые могут образоваться у маленьких детей-волшебников, если они следом за немагической роднёй будут бояться своего Дара и подавлять магию. И что Гарри неимоверно повезло, что его, к примеру, не били за магию, а просто запирали в чулане и при том даже еды не лишали. Да и он сам воспринимал свои «чудеса» как благо — то же спасение от Дадлика и его подпевал. Не то чтобы у Гарри появились какие-то хорошие чувства к Дурслям, но после рассказов хозяйки Блэк-хауса он понял, что всё могло быть гораздо хуже. Он мог лишиться магии и даже не знать, что потерял. Не увидел бы Хогвартса, не познакомился бы с друзьями, с Куэс.

Сириус пообещал не рисковать и не показываться в Хогсмиде, а то Гарри за него очень волновался. Тот же Снейп знал или догадывался про превращение в пса и всё ещё хотел изловить «беглеца из Азкабана». Так что стоило ли бессмысленно рисковать?

Гарри сказал, что на лето приедет жить у Сириуса. Блэк-хаус был защищён от чужого вторжения гораздо эффективнее «кровной защиты» его матери, при упоминании которой Куэс только фыркнула и дала почитать литературу из своей богатой коллекции. С прискорбием Гарри констатировал, что все эти годы, когда он просился остаться в том же Хогвартсе или даже сразу поехать на всё лето к Уизли, которые его ждали и приглашали, ему в глаза врали по каким-то неведомым причинам. Крёстному, чтобы его занять и чтобы он никуда не влез, поручили найти литературу про крестражи, заняться домом и продумать летние каникулы: в том же маггловском мире за границей, даже той же Японии, их никто не станет искать. Куэс пообещала стать гидом, и Сириус как-то зажёгся идеей побывать в других странах и посмотреть, что делается там. Гарри договорился с крёстным, что тот даже на перрон платформы девять и три четверти носа не покажет. Не станет рисковать их будущим. И да, Гарри намекнул, что о многом мечтал, но никак не мог себе позволить, и когда у него появился крёстный, то хотел бы многое, а не вернуться к Дурслям обратно. Сириус поклялся, что они обязательно попутешествуют и он сделает всё, чтобы избавить Гарри от плохих воспоминаний детства без родителей. Возможно, Гарри немного переборщил с давлением на чувство вины Сириуса, но стыдно ему не было.

В Хогвартсе налетела МакГонагалл:

— Мистер Поттер, где вы были в каникулы?!

— Отдыхал, — ответил Гарри. — Для чего ещё нужны каникулы? Я же сказал, что поеду к родственникам.

А что, леди Вальбурга же сказала, что все маги — родственники и они не исключение и приходятся Поттерам роднёй через Друэллу Блэк — тётю его отца.

— Но я вас не отпускала! — возмущённо воскликнула МакГонагалл.

— В каникулы вы не несёте за меня никакую ответственность, — пожал плечами Гарри, у которого тем не менее сердце колотилось и потели ладони от прожигающего взгляда и недовольства декана. — А раз я уже достаточно взрослый, чтобы участвовать в Турнире, сражаться с драконами и нырять в ледяное озеро, значит, и чтобы решать, как провести свои каникулы, — тоже, — сложил он руки на груди, ощутив поддержку Куэс.

— Я сообщу директору!

— А что раньше не сообщили? Сами отдыхали, да? — внезапно затопило возмущение. Гарри задохнулся осознанием: вот что за кошачьи концерты и выволочки ему устраивают, если по сути МакГонагалл всё равно, что с ним и где он?! Почему он должен сидеть в четырёх стенах школы, когда другие развлекаются?! Да ещё и наврали про кровную защиту и сунули его к магглам! Да и директор, скорее всего, как и сказала леди Вальбурга, «нахватав должностей», не был в Хогвартсе. И тогда зачем он нужен был в Замке? Ни каких-то дополнительных занятий, ни объяснений про Волдеморта — ему в любом случае ничего не собирались давать!