Потом видения мелькали одно за одним, беременную Поликсену держали в комнате, которая потом стала комнатой Куэс. Молодую ведьму поили зельями, а из личных вещей позволяли лишь ту самую книжицу, в которую она иногда что-то записывала. А потом на том же алтаре родилась Куэс…

— Пожалуйста, назовите её Кассандра… в честь… моей матери, — было последней просьбой.

Видеть себя со стороны Куэс было странно, она росла, потеряла отца и считала Мерухи своей матерью, а потом отправилась в Хогвартс и… коснулась Сердца Мира. И в конечном итоге почти умерла и попала сюда.

— Значит… моя мать… она из этого мира? — моргнула Куэс, и поняла, что в глазах стоят слёзы от этих интенсивных воспоминаний своих и чужих. — Но…

— Время относительно, дитя, — ответила бабушка. — Наши миры живут с отставанием друг от друга примерно на двадцать лет.

— Значит, там?.. Никогда тебя не было?

— Я не знаю, — ответила ей Кассандра. — Может, и не было. Я уже не надеялась узнать, что случилось с моей дочерью, а потом пришло то странное письмо от тебя.

— Я, пожалуй, пойду… — Куэс выдавила улыбку, — мне нужно вернуться.

— Приходи ко мне ещё, дитя, — попросила бабушка. — Я растеряла многое, но ты — последнее, что у меня осталось. Я помогу тебе, чем смогу. Мне недолго осталось… но я надеюсь, что твоё появление скрасит мои последние дни.

— Почему последние? — спросила Куэс.

— Как сильная провидица, я всегда знала день, когда умру…

— Тридцать первого июля тысяча девятьсот девяносто седьмого года? — спросила Куэс.

— Да…

— Это день, когда я родилась.

— Возможно, Поли подсчитала это и… она тоже знала эту дату, — задумчиво пыхнула дымом бабушка, вновь раскурившая погасшую трубку.

— Я… — Куэс поджала губы. Ей совсем не нравился этот фатализм. — Я ещё вернусь.

— Да, мы увидимся, — кивнули ей в ответ, яркие глаза снова чуть помутнели.

* * *

А ещё через неделю Куэс могла наблюдать того самого «крёстного», на которого рассчитывал Гарри.

Сириус Блэк, который прятался в Хогсмиде в виде чёрного пса, не производил впечатления человека, на которого можно положиться.

— Зачем тебе информация по всяким «тёмным и не очень ритуалам», Гарри? — спросил Сириус.

— Э… Видишь ли, я тут обнаружил, что у меня есть что-то вроде куска Волдеморта в голове, — пожал плечами Гарри, — и хотел узнать, как его можно убрать. Я пытался говорить об этом Дамблдору, но… он стал избегать меня, когда узнал про мой шрам и мои сны, о которых я тебе писал. Плюс мы тут выяснили, что профессор Моуди не тот, за кого себя выдаёт, а Бартемиус Крауч, главный судья Чемпионата. Странно, что он ссылается больным, а сам вроде заменяет профессора Моуди. Директор сказал, чтобы я никому не говорил о своём открытии, но…

— Бартемиус Крауч… — хмыкнул Сириус, — очень странно. Он правда нигде не появлялся. И говорят о том, что он болен. Я… ворую газеты и пытаюсь быть в курсе событий. Но что-то точно происходит.

— Так… ты мне поможешь? — вернул Гарри крёстного в продуктивное русло. — Может, у тебя остались знакомства? Ты же из Блэков… вроде как.

— Хм… — Сириус задумался. — Вообще-то, мне в наследство достался старый дом семьи и там была неплохая библиотека… Но… я ни за что не хотел туда возвращаться.

— Что, даже ради меня? — сыграл на чувствах крёстного Гарри.

— Э… я… думаю, что смогу туда попасть и попробую что-то подыскать, — кивнул Сириус.

«Попросись к нему в тот дом на Пасхальные каникулы», — подсказала Куэс.

* * *

Седьмого апреля, когда начались каникулы, Гарри поменялся с Куэс. Она вышла из Хогвартса и села в карету к Гермионе.

— Жаль, что Гарри профессор МакГонагалл не отпустила, когда он сказал, что хочет побывать у родни, — сказала Гермиона. — Хотя, думаю, он вроде хотел просто пожить один в «Дырявом котле», как однажды делал, когда мы были на третьем курсе. Иногда Хогвартс очень утомляет тем, что почти нет возможности уединиться. А этот Турнир здорово нервирует Гарри. Думаю, он хотел просто отдохнуть. Но, с другой стороны, во время каникул народу намного меньше…

— Как твои дела с книжкой? — спросила Куэс, и остаток дороги они с Гермионой проболтали «за науку».

* * *

Сириус встречал Гарри на вокзале в образе собаки.

Куэс, которая аппарировала, успела прогуляться по Лондону, купить новых вещей, чтобы принарядить свою «куклу».

Они дождались, пока с прибывшего «Хогвартс-экспресса» народ разойдётся, Куэс вытащила «куклу» и поменялась с Гарри обратно.

— Привет, Сириус, это — моя подруга Куэс, которая меня сопровождает, — подошли они к одинокому псу на перроне, который удивлённо дёрнулся, принюхиваясь к голему. — Ну что, веди нас в свою обитель тёмных магов.