Зандер еще раз с тоской посмотрел на свой рабочий стол – на раскрытые книги, лабораторные тетради и исписанные вдоль и поперек листы бумаги, - тяжело вздохнул и вышел из кабинета. Будь его воля, он никогда не прекращал бы работать, но, увы, жизнь состоит не из одних лишь наших желаний. Поэтому он отослал сунувшегося было помочь слугу, прошел в гардеробную и, не обращая внимания на деревянные манекены, одетые в его собственные роскошные, но ни разу не надеванные костюмы, оделся, как одевался практически всегда, когда покидал свою башню. Потертые ботинки с высокими берцами и порядком стоптанными каблуками, простые черные джинсы, - колониальные штаны из Америки, - трикотажная рубашка цвета хаки, поношенная кожаная куртка и потрепанная временем широкополая шляпа, из-под которой видны были только его небритый подбородок да длинные, до плеч, давно не мытые и не расчесанные соломенного цвета волосы. Опыт показывал, что в таком виде его не узнавали даже родные и немногочисленные знакомые. Взглянув на себя в ростовое зеркало, Зандер удовлетворенно кивнул и после секундного размышления дополнил свой наряд простой кавалерской шпагой и парой старых кожаных перчаток.

«Провались все пропадом!» - подумал он мимолетно и, спустившись на первый этаж, покинул башню.

На улице было пыльно, жарко и слишком сильно пахло цветущими жасмином и сиренью. Зандер не любил сильных и резких запахов, хотя нисколько не возражал против цветочных ароматов в пастельных тонах. Оставалось терпеть, поскольку вернуться домой он все равно пока не мог. Первая встреча должна была состояться буквально через полчаса в брассерии на Мостовой улице. Между тем, по давно укоренившейся привычке двигался Зандер медленно – нога за ногу, - думая на ходу одновременно о множестве сложных и важных вещей, и зачастую не замечал, где идет и кого встречает по пути. Впрочем, это никогда не мешало ему приходить туда, куда надо, и тогда, когда условились. Так случилось и на этот раз. Вакан уже ждал его в брассерии, устроившись в самом дальнем от входа и самом темном углу заведения.

– Слушаю тебя, - сказал Зандер, садясь на трехногий табурет напротив контрабандиста. Здороваться с ним он посчитал необязательным. Невелика птица, обойдется и кивком.

– Вот, - Вакан не стал ничего озвучивать, подвинув к Зандеру грязноватую и порядком помятую четвертушку пергаментного листа.

– Ну-ну… - брезгливо поморщившись, Зандер взял листок и быстро пробежал глазами накарябанный неуверенной рукой список.

Запрещенные к ввозу в империю, а также к производству и распространению в ней вещества и их производные были обозначены буквами греческого алфавита, объем, вес или количество единиц – цифрами, так же, как и цена за единицу товара. Сами единицы, - будь то унция, скрупул или гран, - нигде, впрочем, не фигурировали. Покупатели должны были их знать сами, как и валюту, в которой оценивался товар.

– Беру все, - подвел Зандер итог, быстро, но внимательно просмотрев список и оценив, как номенклатуру, так и цены.

Он достал из внутреннего кармана куртки пачку золотых империалов в кредитных билетах государственного казначейства и протянул контрабандисту:

– Будешь пересчитывать?

– Поверю на слово, - ухмыльнулся мужчина, но купюры все-таки пролистал. – Доставка, как обычно?

– Да, - кивнул Зандер. – Упакуешь, как подарок, наймешь посыльного из приличной конторы и пришлешь по этому адресу, - подвинул он к Вакану листок с адресом получателя.
– Да не забудь предупредить, чтобы посыльный не вздумал прийти к парадной двери, только к черному ходу.

– Не извольте беспокоиться, барин, - снова ухмыльнулся довольный состоявшейся сделкой контрабандист. – Али мы не понимаем!

– Будешь выпендриваться, - холодно предупредил Зандер, - прикажу сдохнуть. Хочешь помереть? Нет? Тогда свободен!

Сбледнувший с лица контрабандист вскочил из-за стола и мгновенно испарился. В той среде, в которой вращался Вакан, ходили упорные слухи, что Барин способен приказать человеку умереть, и тот умрет. Слухи эти не соответствовали действительности, но Зандеру они не мешали, и он их никогда не опровергал.

«Так-то лучше!» - он проводил контрабандиста взглядом, встал с табурета и, не торопясь, покинул брассерию.

Теперь его путь лежал в верхнюю часть старого города. Немного утомительно, если идти пешком, но иногда полезно. Пока шел, придумал, как ускорить процесс синтеза 2-го эликсира Каморга, того, который неучи называют «Последним шансом». Оказалось, что ни Каморг, ни его ученики не осознавали в полной мере того простого факта, что процесс синтеза протекает в пространстве, образованном тремя осями: времени, температуры и давления. Но это они. Зандер был на них непохож, его мозг работал куда продуктивнее и быстрее.

«Итак!»

Он практически моментально перетасовал в уме потребные ингредиенты и сопутствующие манипуляции, учел поправки на давление и температуру, и вуаля! Время изготовления сократилось на сорок минут, процесс стал проще и надежнее, а список ингредиентов – короче.

«Надо будет, наверное, где-нибудь опубликовать… - отметил он мысленно.
– Вопрос, где? В журнале Академии? Или обратиться в Королевское Научное Общество?»

Впрочем, вскоре эти размышления пришлось отложить в сторону, поскольку Зандер пришел наконец в садик, расположившийся у бокового портика храма Зевса Олимпийца. Здесь в это время суток отошедшие от дел немолодые мужчины играли в петанк[1]. Зандер эту игру не любил, как, впрочем, и абсолютное большинство других игр. Он слишком ценил свое время, чтобы тратить его на всякую ерунду типа женщин, игр и спортивных состязаний. Мир был невероятно велик и до сих пор практически не познан. Казалось, он весь состоял из вопросов и вызовов, так зачем же бездарно размениваться на пустяки?

Однако сейчас Зандер изображал из себя заинтересованного зрителя, и это отлично маскировало его встречу с посредником. Тот как раз любил играть в шары и был вхож в компанию местных завсегдатаев.

– Здравствуйте, сударь! – в полголоса поздоровался он, подойдя к Зандеру справа. – Как поживаете?

– А вот сейчас и узнаем. Чем порадуете?

– Я нашел вам отличного механика, сударь, - сразу же откликнулся посредник.
– Берет недешево, но зато работу всегда выполняет в срок и лучшего качества. К тому же он великолепно шлифует оптические линзы.