— Это как это???

— Я — мужчина, и буду сам решать, с кем, когда и где!

— Ну-ну, смотри. Бывают такие предложения, от которых невозможно отказаться!

Тем временем Романовы закончили променад, и объявили первый танец. Шурша юбками, между нашими рядами влился ручеек разноцветных девичьих нарядов. Передо мной возникла девица в голубом воздушном платье. На полголовы ниже меня, стройная и темноволосая с озорными карими глазами. И симпатичная (я, вообще, страшных одаренных женщин пока еще не видел — все красивые. Скорее всего, это связано с влиянием источника на внешность — у меня тоже внешность перестроилась в соответствии с моими внутренними ожиданиями). Сделала реверанс, я подал руку — Бал открывался полонезом. Строгая музыка, неспешные шаги, что еще нужно для короткого знакомства?

— Так вы и есть Ярослав — приёмный сын Петра Алексеевича? — очаровательно улыбнувшись, спросила она.

— Да, вы правы. Не ожидал, что буду популярен, — легкая полуулыбка в ответ.

— О, нечасто из ниоткуда появляются столь выделяющиеся одаренные мужчины! Вы сегодня будете главной новостью Света.

Я напрягся: — Интересно, и чем же вызвано столь пристальное внимание?

— Ну, как же? Загадки всегда волнуют и манят, — девушка сказала это с придыханием, подавшись ко мне декольтированной грудью чуть больше, чем требовал того танец.

— О, это пустое! В моей истории нет ничего загадочного. Все очень обыденно, — соврал я, не моргнув и глазом.

— Я бы с удовольствием выслушала вашу историю! — опять с придыханием и с поволокой глаза. Артистка. Теперь я по сценарию должен предложить выслушать мою историю в тихом и укромном месте. И, желательно, наедине.

— Скажите…

— Анна Николаевна Лопухина. Но для вас я просто Аня!

— Скажите, Аня, я тут человек новый и не до конца понимаю местных правил…

— Ну же, смелее, Ярослав!

— Я уже обещал приватный разговор княгине Разумовской, не знаю, останется ли у меня время?

Анечка каким-то новым оценивающим взглядом посмотрела на меня: — А вы очень бойкий молодой человек! Я вижу, время даром не теряете! Далеко пойдете!

До конца танца девушка больше не произнесла ни слова. С последними аккордами она сделала короткий книксен и ушла, не бросив и взгляда на прощание.

— Что это была за цаца? — спросил я Митю, когда мы отошли в сторонку после окончания танца.

— Анька что ли? Да, не обращай внимания, к ней на простом Руссо-Балте не подъедешь! Дочка княгини Натальи Леонидовны Лопухиной, наследница клана Лопухиных, двадцать три года, одаренная в ранге учитель. Скорее всего, пойдет по стопам матери в тайную канцелярию — пресекать и не допущать.

— Постой, так Лопухина, которая стояла позади Императрицы, это…

— Глава тайной канцелярии — правая рука Канцлера.

— Ого! А чего Аня взъелась? Я только сказал, что мне надо сначала приватно переговорить с твоей маман, и я не знаю, когда буду свободен.

Митя коротко рассмеялся и хлопнул меня по плечу: — Ну ты и отжег! Если б я тебя совсем не знал, то решил, что тебя пора называть папочкой! В переводе на язык высшего света ты заявил, что являешься любовником моей матушки и предпочел ее общество обществу отвергнутой Анечки!

— Бля-я-я!

— Держись, новик, эмеритом станешь!

— А как тут со сплетнями? Меня же сейчас ославят на весь свет!

— Да все нормально со сплетнями. Кто-то поверит, кто-то нет. Из подруг Лопухиной к тебе больше никто точно не подойдет, а из конкурирующих кланов в пику Анечке тебя будут наоборот приглашать на танцы.

— И кто у ней конкурентки?

— Известно кто: Долгорукие, Дашковы, Юсуповы. Мы, как бы, тоже не дружим, но и не ссоримся. Кто знает, с кем придется мне в будущем детей делать?

Объявили вальс. В этом мире матриархата все танцы были белыми — приглашали только дамы. Так что к нам с Митей сразу целенаправленно двинулись две девушки — блондинка в розовом платье и брюнетка в светло-зеленом. Митя шепнул: «Блонда Гончарова — моя, твоя — брюнетка Юсупова». Блондинка сцапала задорно подмигнувшего мне Митю, а брюнетка сделала реверанс, приглашая меня на танец. Я посмотрел в выразительные синие глаза девушки и подал руку. Похожа на свою сестру и такая же красивая, чертовка! Наверняка, такая же стерва…

Раздались первые аккорды, и я уверенно закружил партнершу. Вальс я еще с прошлой жизни всегда любил и люблю до сих пор, а сейчас вообще улет — мы с девушкой совпали по опыту и мастерству, показывая класс. Венский вальс — это взрыв эмоций и отрыв башки. После него надо осторожно, держась друг за друга, идти по кривой в зону отдыха, чтобы закружившаяся голова не выдавала временный отъезд собственной крыши.

— Спасибо за танец, это было чудесно!

— О, не стоит, я просто держался за тебя, боясь упасть!