Рози и Ричард….

– Родители развелись в раннем детстве. Мать привезла её к бабушке сразу после развода. Отец через год создал другую семью и живет не так уж далеко. Есть сводные брат и сестра. А мать спустя пару лет уехала за границу на заработки. Там вышла замуж. На сколько я знаю, иногда отправляет деньги.

Я молчал, смотря на фотографии, видя маленькую потерянную девочку с огромными карими глазами, которая осталась одна в этом мире слишком рано.

– Ничего особенного. В последнее время много времени проводит с Софией Сноувайт и Кэтрин Вин.

– Это те девушки, которые часто появляются с Генри и Ричардом?

– Они… - видя, что Дерек замялся и отвел глаза, я чуть нахмурился:

– …продолжай….

Мужчина быстро вскинул свои пронзительные глаза на меня, усмехнувшись:

– От тебя ничего не скроешь!

– Ничего. Так что ещё ты хотел сказать? Вернее НЕ хотел?

Дерек снова криво улыбнулся, явно в желании перевести разговор в другое русло, но видя, как я изогнул в ожидании бровь, наконец сокрушенно выдохнул:

– Есть ещё некий Дэмиен…

Сердце предательски дрогнуло, услышав мужское имя в отношении Рози.

– Тот, который учился вместе с Ричардом?

– Он самый….

Дэмиен Дъябло.

Разве он не уехал практически сразу после окончания университета в Италию к своему отцу?

Тогда мне казалось, что он сделал это поспешно, словно убегая от чего-то или кого-то…

Не скажу, чтобы он мне не нравился.

В конце-концов, он был другом Ричарда.

Просто когда они были вместе, то логика, здравый смысл и вообще мозги были у парней в полной отключке. Они много пили, много гуляли, меняли девушек по несколько за день – вобщем наслаждались в полной мере разгульной жизнью тех детей, чьи родители были более, чем просто обеспеченные….а затем все резко прекратилось.

Словно прошло само по себе неким озарением свыше.

– Разве он не в Италии? – снова обратился я к Дереку, хотя ответ был очевиден.

– Прилетел месяц назад и теперь работает в клинике Ричарда.

– А при чем здесь Розалинда?

Когда Дерек замялся, принявшись бегать глазами по дороге, стало очевидно, что Дэмиен был заинтересован в девушке. Возможно, даже оказывал ей какие-то знаки внимания.

И снова эти мысли болью отдались внутри души….не только болью, но и яростью, которую, однако, я сдержал в себе, как и все прочие эмоции, не дрогнув ни единым мускулом, хотя внутри меня что-то надрывалось и отчаянно кричало, что Рози принадлежит только мне!...

Хотелось прикрыть глаза и откинуться назад на сидение, чтобы разочарованно вздохнуть.

Но я не позволил себе ничего.

Лишь закрыл аккуратно папку с фотографиями и документами, отложив её в сторону, и сосредоточенно уставившись в тонированное окно.

Дерек продолжал бросать на меня настороженные взгляды, но очевидно, что не мог понять ничего о моем внутреннем состоянии, и так было лучше.

В этом мире был лишь один человек, с которым я мог поделиться собственными переживаниями и чувствами, кроме себя самого.

Человек, который знал историю моей жизни от меня, не спрашивал ничего лишнего и воспринимал меня единой личностью, а не сломанной тенью Ричарда….который спас меня когда-то, не испугавшись за собственную жизнь.

Джонатан.

Я всегда говорил, что он был моим личным психотерапевтом, а он отвечал, что он моя совесть и я не смогу солгать себе, глядя в его глаза. И это было полной правдой.

– Дерек, после приема заедем к Джонатану, - не поворачивая головы, обратился я к своему охраннику, водителю и второму другу, на что тот молча кивнул, чуть улыбнувшись.

Мой кабинет располагался на самой окраине города, куда не могли попасть люди, знающие семью Ричардсон.

Все было продумано до мелочей, и, поднимаясь к себе через черный вход под неусыпным вниманием Дерека, я думал о том, что сам себя делал тенью, очерчивая границы своей жизни так, чтобы они проходили рядом с жизнью моих братьев…но чтобы никогда не соприкасались.

Такова была плата за мою жизнь.

– Доброе утро, Джули, - как всегда моя помощница сидела в полумраке нашей приемной, оформленной в сдержанных полутемных тонах, где возможно было рассмотреть лишь мой силуэт и не больше.

Она вскинула голову наверх, уже не пытаясь всматриваться в моё лицо, понимая, что все-равно ничего не увидит, но широко улыбнулась мне в ответ тепло и приветливо:

– Доброе утро, доктор Хэйс! Ваш кофе уже готов и в вашем кабинете! Первый пациент прибыл! Мистер Дуглас! Его анкета на вашем столе!

– Спасибо, Джули, - я осторожно прикоснулся кончиками пальцев, затянутых в перчатку, к мягкой щеке девушки. Она искренне нравилась мне тем, что походила на солнце – рыженькая и зеленоглазая – она просто излучала ауру тепла и веселых смешинок в моей мрачном темном царстве полного покоя и отрешенности, - Через пять минут мистер Дуглас может пройти в кабинет.