— Уходите, она не боится нас, я смогу убежать, а вот ты, Торен, со своими ожогами — вряд ли, — настоял Хегард.

Тихим шагом Антонио и Торен отправились вперед, они не знали куда идут и лишь надеялись, что в сторону поселения.

Хегард в страхе вглядывался в каждый куст, пытаясь хоть что-то разглядеть. Напряжение росло с каждым мгновением. Ему все время казалось, что она вот-вот появится перед ним или того хуже — у него за спиной.

Через несколько минут, убедившись, что ведьма оставила попытки их догнать, он побежал в ту сторону, где в лесной чаще скрылись его товарищи.

— Здесь рядом привал охотников, там сможем перевести дух, а на рассвете, когда лес успокоится, отправимся в город, — пытался отдышаться после долгой ходьбы Антонио.

Хегард все еще находился не с ними.

— А все же странный этот лес, птицы не поют, зверья почти нет. Хотя я не прав, сычи подают голос, красота.

— Это вблизи болот все мертво, там, где живут ведьмы, а здесь же их нет, так что все нормально, в противном случае охотников здесь не было бы.

— Видишь вдали лагерь, свет костров? Осталось совсем немного, — указал рукой Торен, проговорив хриплым голосом.

— Отлично, надеюсь, мы дойдем туда, — обнадеживающе сказал антимаг.

Впереди виднелось поле, а за ним, словно десятки светлячков, — факелы и костры освещали лагерь. Вдали за склоном горы вырисовывались очертания города.

Оставив за собой жуткую чащу, они вышли на поле, окруженное мрачным лесом. Луна освещала колоски пшеницы, которые они примяли, усевшись отдохнуть.

— Если мы останемся живы, то будет не лишним, поблагодарить Господа, — заметил Антонио.

— Это точно, и будет что рассказать на Малахии.

— А также не мешало бы выдрать одной змее глаза.

— Ты про Милатресс? — рассмеялся Торен.

— Я про Асподель, — с ненавистью проговорил антимаг.

— Чем тебе советница не угодила?

— Давай переведем дух, потом расскажу.

Антонио снял повязку с ноги Торена и вновь перемотал рану. Старый инквизитор все время смотрел в сторону леса, он переживал за Хегарда и опасался, что ведьма, убив его, пойдет по кровавому следу.

Внезапно в полутьме появился с трудом различимый силуэт. Мужчины с трепетом устремили взгляды на него. Антонио не понимал что делать. Больше всего он боялся увидеть Милатресс, встреча с которой означала бы смерть.

Страх не покидал их даже на мгновение.

— Это я, — донесся знакомый голос. — Ну, ведьма, похоже, оставила нас, так что восславим Господа, мы живы.

В этот самый миг позади Хегарда Антонио увидел вторую фигуру.

— Беги! Она позади тебя! — завопил мужчина.

— Я ее тоже вижу! — закричал Торен, поднимаясь на ноги.

Хегард подбежал к ним.

— Что будем делать?

— Торен, уходи в сторону лагеря, а нам нужно убедиться, что это действительно ведьма, а не простой путник.

— Нет, парни, если уходить, то только вместе, простые путники не ходят по ночам проклятыми дорогами.

— Логично! — рассмеялся Антимаг, пытаясь скрыть страх.

— Антонио, ведьма нас обходит! Видишь, она крадется по пшенице!

— Это не Милатресс.

— А кто? — удивился Антонио.

— Полуночница, — с трепетом в голосе ответил Торен. — Нужно бежать, пока к нам не подошла.

— К счастью, она очень далеко, отходим, лагерь уже близко.

Инквизиторы быстрым шагом поспешили в сторону охотников, они все время оглядывались по сторонам. Когда подошли ближе, узрели укрепленное частоколом поселение. На деревянных башнях стояли арбалетчики, суровыми взглядами взирая вниз.

— Ни шагу вперед! Кто идет? — раздался грозный голос.

— Мы путники, держим путь в Лортмунд, — обратился к постовому Хегард.

— Путники, говорите? Ночью по лесу ходят только ведьмы и зверье, да еще эти, монстры всякие.

— Мы как раз от колдуньи ноги только что унесли, пустите нас.

— Нет веры вам, отошли от стен, покуда болт не выпустил! — нервно рявкнул мужчина.

— Мы инквизиторы из ордена Малахии, только попробуй выпустить болт, и ваше поселение смешают с дерьмом флавийские рыцари, — пригрозил Торен.

— Что инквизиция забыла в этих местах?

— Действительно, — рассмеялся Антонио. — Мы здесь ведьм вообще-то ловим. Темноречье — это их дом.

— У вас грамота есть о том, что вы из ордена?

— Грамота есть, только я сомневаюсь, что кто-то из вас читать умеет, — съехидничал Торен. Он так лихо оскорблял охотников, что позабыл об ожогах. Боль как рукой сняло.

— Ладно, проходите, только не балуйте, — часовой угрожающе сжал арбалет. — Бумагу покажите парню на входе, он учился в церковной школе, буквы понимает.