— Ух, кажется, отбились, слава Богу, — стряхивая воду с головы и тяжело вздыхая, проговорил Антонио.

— Что теперь? — уточнил один из отряда.

— Продолжим проводить арест, им не справиться с гневом Господним и силой молитвы!

В этот самый миг в толпу попала молния, отправив двоих на тот свет. Остальные же в ужасе разлетелись и попадали.

— Матерь Божья! — воскликнул кто-то из воинов, холодный пот выступил на его лице и смешался с грязью. — Да это же злобные ведьмы! Взять их живьем!

Пятеро кинулись к поместью, с трудом пробираясь через густую грязь. Служители божьи шли за ними. Вновь раздался удар молнии, на этот раз пал святой отец. Его трясло, он кричал что было сил.

— Торен… Господи, за что? — Антонио бросился к нему, ухватился за товарища и повернул лицом к себе.

— Беги, Антонио… — прошептал старик с горькой улыбкой на лице.

— Нет, я тебя не брошу!

— Беги! — вновь сказал Торен, как вдруг позади раздался смех. Антимаг обернулся и увидел женщину. Она шла в черном одеянии, зловещая ухмылка сияла из-под капюшона. Сбросив его, она открыла лицо, которое молодой инквизитор узнал.

— Милатресс, за тобой-то мы и пришли.

— Как поживает твой друг, инквизитор? Думаю, второго удара он не переживет.

Ведьма снова выпустила молнию в Торена.

— Нет! — закричал антимаг и выставил крест перед собой, закрыв друга от верной гибели.

Разряд прошелся по его телу и будто впитался в распятие, крест поглотил разрушительную силу. Антонио с облегчением вздохнул, все еще ощущая пульсацию по телу.

— Взять ее! — приказал он.

Оставшиеся члены команды бесстрашно ринулись вперед. Женщина сражала одного за другим, разбрасывала их лишь взглядом, словно маленьких детишек. Те падали, и болото тут же поглощало их тела. Корни деревьев, что торчали из воды, по приказу колдуньи, хватали рыцарей и топили. Стальными мечами они пытались срубить корни и вырваться из плена, но все было тщетно. Оружие тут же тупилось или ломалось.

Водная гладь окрасилась в красный. Расправившись с охраной, ведьма взялась и за инквизиторов.

Спрятавшийся за валуном Хегард ревностно молился, по его телу струился пот. Мужчине казалось, будто Милатресс стояла за спиной, но обернуться он не рискнул, а лишь громко проговаривал слова из Священного Писания, в то время как Антонио приводил в чувства Торена.

Ведьма долгое время смеялась, метала в их сторону глину, камни, но наконец не выдержала напора святости и растворилась в воздухе.

— Кажется, получилось, — тяжело вздохнул Антонио. — Так, Торена нужно вытащить. Рыцарей мы лишились, не хватало еще чтобы он погиб.

Они осознавали: святое слово сможет надолго отбросить злодейку, она вскоре вернется, поэтому верным решением было уходить как можно быстрее. Вокруг них в беспорядке лежали тела павших, тех, которые не достались воде.

Снова послышался дикий смех.

— Оставьте вы старика! — рявкнул Торен, сплюнув на землю. — Спасайтесь сами! Вместе нам от ведьмы не уйти, а я ее задержу.

— Мы тебя не бросим, — возразил Хегард. Он вместе с Антонио принялся тащить старого служителя. Его ноги отказывались идти, подкашивались, но верные товарищи оказались стойкой опорой.

— Стоит быть осторожнее, она попытается утащить нас в пучину, используя корни деревьев, не подходите к ним и к воде слишком близко.

— Нужно ревностно молиться, пока мы не выйдем из этого места.

— А что, арест уже отменяется? — усмехнулся Торен. — Я думал, ты не остановишься. А, Антонио?

— Мы непременно сюда вернемся, только позже и в большем количестве, негодяйка предстанет перед судом.

Добравшись до леса, они укрылись среди кустов. Мужчины принялись осматривать раны своего друга.

— Торен, да у тебя ожоги! — Хегард выглядел испуганным.

— До свадьбы заживет, — отмахнулся тот, не желая смотреть на повреждения.

— До какой свадьбы? Ты ведь старик!

— До свадьбы Христа с церковью.

— Ну и шутник, — засмеялся Хегард. — Ты не переживай, мы вытащим тебя.

Антонио достал из сумки кожаную флягу и налил вино в деревянную кружку.

— На, выпей, станет легче.

— Нет, братья, только ваша молитва спасет меня, — Торен посмотрел по очереди обоим в глаза.

Антонио опустошил кружку, после чего служители божьи начали молиться. Однако делали они это недолго, их прервало само зло. Вдали замелькал силуэт, парни затаились. Антонио нервно сжимал в руке крест.

— Она где-то рядом, я чувствую.

Торен явно нервничал и все время смотрел по сторонам. Хотя он всю свою жизнь посвятил охоте на нечестивых, сейчас его сковывал страх, он осознавал беспомощность перед темной магией. И только надежда на Господа жила в его сердце. Неизвестность — вот что пугало больше всего. Они не были уверены, что это ведьма, возможно, просто олень или одичавшая собака.