— Ты просто не понимаешь, что делаешь со мной, — усмехнулся каким-то своим мыслям. — Знаешь, ни одна девушка до тебя не пробуждала во мне такие желания. Ты даже не представляешь, что я хочу с тобой сделать, — криво улыбнулся, как от боли.

Я тоже поднесла свою ладонь к его лицо, прижав полностью к немного колючей щеке, замерев так на несколько мгновений.

— Расскажи, — подалась вперёд, обнимая второй рукой его плечо. — Я хочу знать. Хочу.

Артём на мои слова прикрыл глаза и едва слышно выругался, а после вовсе отстранился. Вцепился в руль так крепко, что тот банально заскрипел. Ещё через миг открыл окно до упора, позволяя холодному воздуху ворваться в салон. Так и сидел некоторое время, прикрыв глаза, пока я прям ощущала, как мою душу затягивает зимний холод. Вот и откинулась на спинку своего кресла, отвернувшись к боковому окну.

— Отвези меня домой, пожалуйста, — попросила его отстранённо.

Ещё секунда тишины, а после послышался звук заведённого мотора, и мы тронулись с места. Ни один из нас больше не произнёс ни единого слова до самого дома. Да и потом я, сухо попрощавшись и поблагодарив за всё, направилась к себе. И если поначалу я ещ надеялась, что Артём за мной пойдёт, то и она испарилась вместе с захлопнувшейся подъездной железной дверью, за которой осталось моё сердце.

В какой по счёту раз, интересно?

До квартиры добиралась пешком по лестнице. Хотелось оттянуть момент, когда я останусь в тёмной пустой квартире одна одинёшенька. Вот и брела медленно, едва переставляя ноги, скользя пальцами, едва касаясь, по краю перил. Пару раз на пути попались соседи, с которыми перебросилась ничего незначащими фразами, и шла дальше. А когда дошла до квартиры, банально уткнулась дверь лбом, беззвучно плача.

Да сколько же можно так себя мучить?

— Ненавижу, — шепнула в темноту шестого этажа, на котором снова либо кто-то вывернул лампочку, либо она всё-таки перегорела.

И адресовала я это высказывание самой себе.

— Не стоит, — послышалось тихое над ухом.

По обе стороны от моей головы на стальное полотно легли мужские ладони, а лицом Артём уткнулся в мои волосы.

Издевательство!

— Что ты здесь делаешь? — поинтересовалась как можно холоднее, выпрямляясь.

Хотела обернуться, но мне не позволили, прижав всем телом к двери.

— Решил, что пора с этим заканчивать, — стало мне ответом.

— И что это значит?

На этот раз словесного ответа не последовало. Вместо этого меня развернули лицом к себе. Правда, вот лица собеседника я почти не видела, так что его эмоции остались для меня неизвестными. Впрочем, не была уверена, что и при свете разобрала бы те. Артём очень умело их прятал от меня и без того. Мне бы такую выдержку. Зато я отчётливо почувствовала прикосновение его губ к моим. Сперва аккуратное, неуверенное, давая мне возможность передумать. Да только как я могла передумать, когда он так близко, так открыто. И весь такой… мой?

— Ты не ответил на вопрос, — всё же заставила себя напомнить ему о главном.

Может я не права, что требую от него словесного подтверждения происходящему, но для меня было важно именно услышать. Без всяких оговорок. Чтобы не строить иллюзии, которые потом снова и снова разбиваются о его выставленные щиты.

— Ты победила, медовая, — выдохнул Артём, прижимаясь ближе. — Я сдаюсь. Я твой.

И если первое заявление наполнило моё сердце запредельной радостью, то последнее — поразило в самое сердце. И я даже сама не знаю, кого из нас больше. Его или всё-таки меня.

"Нет, Акимов. Это не ты мой. Это я твоя. С самого первого взгляда. С одной твоей улыбки", — ответила ему мысленно.

Да, про себя сказала. Потому что вслух я точно не скоро признаюсь в таком. Да мне и ответить не оставили возможности. На губы обрушился настолько жадный поцелуй, что разум от такого напора позорно капитулировал в самый дальний угол сознания, оставляя на своём месте лишь голые инстинкты.

Вот точно помешательство!

Мужские ладони легли на талию, крепче прижимая к себе, при этом Артём меня буквально вдавил своим телом в дверь, на которую я опиралась и которую я так и не успела открыть. Да и чёрт с ней. Всё, о чём я могла думать — Артём и его жаркие ласкающие руки, исследующие уже мои бёдра, и губы, давно целующие мою шею. Шелест упавшей на пол моей куртки остался где-то на границе всё того же отрешённого сознания. На нём её и вовсе не было. Лишь тонкий свитер и футболка, под которые я уже нагло запустила свои ручки, поражаясь собственной смелости. Даже замерла на мгновение, боясь, что меня сейчас остановят.

— Ещё, — требовательно произнёс Артём хриплым голосом и сам положил мои ладони себе на обнажённый живот.

Меня словно током одарило, отчего я заметно вздрогнула. Слегка царапнув горячую кожу, провела пальцами вверх к груди, обнажая мужское тело, заворожённо следя за своими действиями, которые в темноте подъезда казались чем-то нереальным. Словно я подглядываю за кем-то в замочную скважину, через которую плохо видно всю картину. Но только чувства не обманешь. Всё по-настоящему. И я даже предполагать не буду, чем бы это всё закончилось для нас с Акимовым, если бы не громкие и весёлые голоса соседей с этажа выше.

— Чёрт! — выругался Артём, тут же отстранившись.

Ещё и отвернулся, поправляя на себе одежду.

Что? Неужели снова?! Да он издевается!

— Сейчас разговора у нас с тобой не выйдет, — наконец, произнёс он, так и не оборачиваясь. — Давай завтра часов в семь вечера встретимся. Обсудим всё. Буду ждать тебя за теми же гаражами, что и сегодня.

Сказал и ушёл.

Вот так просто.

Даже не попрощался.

И вот что он ждёт? Что я реально приду? Серьёзно?

Впрочем, все мои намечающиеся возмущения остановила одна единственная смс.