Дальнейшие события не изобиловали подробностями, так как разумные с киборгом во главе прошествовали прямо до в меру массивных и не имеющих никакого практического предназначения ворот, ведущих в достаточно крупный молельный зал — одно из самых больших помещений на борту «Немезиды» за исключением ангаров. Сейчас он был очищен от символов, обозначающих Пустоту — их аккуратно демонтировали на тот случай, если покупатель «Немезиды» решит привести зал в исходное состояние.

Тем не менее, эта неуместная роскошь прямо указывала на то, что Пустота являлась не просто какой-то там религией, призванной хоть как-то заполнить свободное место. Нет: религиозное значение Пустоты в андайрианском обществе было столь велико, что даже на военном крейсере они позволили себе выделить помещение длиной в двадцать семь, шириной в пятнадцать и высотой в восемь метров. И всё это лишь для того, чтобы экипаж получил ещё один способ поддержания морали на должном уровне.

Поразительная неэффективность.

— Придерживайтесь инструкций. — Бросил «капитан Про» перед тем, как первым шагнуть вперёд. Грянула торжественная, в чём-то даже мрачная музыка, и киборг вышел прямо под прицел нескольких десятков взглядов офицеров «первой волны». Восемьдесят отличившихся не только в боях, — не таких уж и многочисленных, — но и в прочих делах органиков, по большей части привязанных к Каюрри наличием семей и недвижимости. Дополнительно к этому их объединяла одна присущая им всем черта — верность. Они служили Молли, после его смерти роптали месяц, но, глядя на пример вышестоящих товарищей, успокоились. Кто-то может сказать, что такое поведение слабо коррелирует с верностью — и ошибётся. Одной личности верны лишь фанатики, вообще не поддающиеся прогнозированию.

Остальные же руководствуются принципами, понимая, когда их верность что-то значит, а когда от неё нет никакого проку.

Тем временем Про поднялся на небольшое возвышение, предназначавшееся для алтаря, а сейчас обратившееся постаментом и трибуной с изображённой на ней эмблемой корпорации «Endless». Опустив руки на металлическую поверхность перед собой, палач отдал беззвучную команду — и часть ламп под потолком отключилась. Те же, что остались, причудливо взаимодействовали с угловатыми многоуровневыми потолками и полными ниш стенами, отбрасывая тени, складывающиеся в разнообразные геометрические фигуры.

— Сегодня я пригласил вас в этот зал первыми, первыми среди равных. Именно вы выделились среди своих товарищей, делом доказав, что Каюрри и «Endless» для вас не просто пара названий. Вы все принадлежите к первой волне разумных, в числе которых присутствуют и те, кому суждено стать моими глазами и руками. — Палач чуть наклонился вперёд, мастерски изобразив заинтересованность в происходящем. В тот же момент из арки показался силуэт высокого, широкоплечего разумного, расставшегося со своей любимой верхней одеждой — функциональным и стильным костюмом, поверх которого можно было носить всё необходимое пиратскому капитану. — Хирако, ранее пиратский капитан, а с сего дня — коммодор первого Каюррианского флота! Одним из первых он примкнул ко мне, и зарекомендовал себя как опытный, инициативный командир, для которого жизни подчинённых — не разменная монета, а что-то по-настоящему ценное!

И вот, наконец, Хирако приблизился к хорошо освещённому постаменту, поднялся по ступеням и замер в ожидании. Палач же протянул руки куда-то под трибуну, спустя секунду достав оттуда аккуратно сложенное одеяние из плотной тёмно-синей ткани, гармонирующей с расцветкой его шасси. В два шага приблизившись к порядком нервничающему органику, «киборг» протянул ему статусную одежду, которую Хирако тут же накинул на плечи — благо, она точь-в-точь повторяла привычный ему костюм, надеть который было несложно.

— Поздравляю со вступлением в наши ряды. Ты — первый, кто удостоился этой чести. — Палач пожал органику руку, а тот нервно хихикнул — видно, представил, как то ли ему дробят кости, то ли он сдавливает металл, выпустив свою способность из-под контроля.

Так или иначе, но рукопожатие стало исключительно формальным.

— Благодарю, господин Про. — Склонил голову Хирако, после чего развернулся и, окинув взглядом едва видимых в полумраке разумных, широко улыбнулся. В зале раздались одобрительные возгласы, стихшие, едва Хирако спустился с постамента и беззлобно пригрозил вздумавшим шуметь раньше положенного зрителям-участникам.

Навстречу новому коммодору Каюрри ступила женщина, лицо которой даже сейчас лучилось нешуточным удовольствием.

— Берр Тиранис — ранее одна из предпринимательниц Каюрри, а с сего дня — глава планетарного совета и моя правая рука. Именно эта женщина верно оценила ситуацию, организовала своих коллег и выступила от их имени, ратуя не только за себя, но и за благо каюррианцев!

Процедура повторилась — Берр Тиранис приняла из рук нового начальника и господина верхнюю одежду, которую, к счастью, так же можно было безо всяких проблем надеть. Это был не костюм Хирако, но нечто, не очень далеко от него ушедшее — более строгое и более элегантное.

Поздравляю, Берр Тиранис. Сегодня вы стали ещё на один шаг ближе к своей цели. — О которой «капитан Про», естественно, не должен был знать. Но лишённая ограничителей машина, получившая доступ ко всем планетарным сетям, не могла не узнать о своих подчинённых всё, что только возможно. — Постройте идеальную систему!

— Благодарю, господин Про. Ваш приказ будет выполнен. — Женщина изобразила церемониальный глубокий поклон, после чего развернулась и степенно, с гордо поднятой головой направилась вслед за Хирако.