– Черт-те что, – сказал мистер Пинфолд, но Маргарет уже ушла и не слышала его.

Он посмотрел в зеркало. Да, оброс. Надо стричься. Но тут возникла новая загадка: каким образом Маргарет услышала не произнесенные вслух слова? Истершиеся, перепутанные провода тут ничего не объяснят. Сквозь его раздумья прорезался голос Маргарет: Не провода, милый. Это беспроволочное, – и ушел окончательно.

Вот где, наверное, собака зарыта; вот что, наверное, развеет обставшую его тайну. Со временем мистер Пинфолд дознается; пока же события этого утра совсем сбили его с толку, и на призывные звуки гонга он шел к ленчу, припоминая что-то из телепатии, о которой имел смутные представления.

За столом он первым делом одернул Главера, подняв мучивший его вопрос.

– Я не учился в Итоне, – сказал он с вызовом в голосе.

– Я тоже, – сказал Главер. – Я кончил Мальборо.

– Я никогда не говорил, что учился в Итоне, – настаивал мистер Пинфолд.

– Естественно. С какой стати, если вы не учились?

– Я всячески уважаю эту школу, но сам не сподобился там быть, – и он потянулся через стол к норвежке: – Я никогда не щеголял в черной рубашке в Альберт-холле.

– Да-да? – заинтересованно сказала ничего не понявшая норвежка.

– В гражданской войне все мои симпатии были на стороне Франко.

– Да? Это было так давно, я почти забыла, в чем там дело. В нашей стране не было столько интереса, как у французов и других.

– Я никогда не испытывал ни малейшей симпатии к Гитлеру.

– Конечно, я думаю, что нет.

– Когда-то я возлагал надежды на Муссолини, но я никогда не был связан с Мосли.

– Мосли? Что это такое?

– Умоляю вас, – воскликнула хорошенькая миссис Скарфилд, – не будем углубляться в политику.

Все оставшееся время мистер Пинфолд промолчал за столом.

Позже он сходил к парикмахеру, а от него отправился на свой пункт прослушивания в пустой гостиной. Мимо окон, он видел, прошел судовой врач. Он направлялся очевидно к капитану, потому что буквально в следующую минуту мистер Пинфолд услышал его голос.

– …и я решил, что нужно доложить вам, кэп.

– Где его видели в последний раз?

– У парикмахера. После этого он исчез бесследно. В каюте его нет.

– Да зачем ему бросаться за борт?

– Я наблюдаю за ним с самой посадки. Вы не заметили за ним никаких странностей?

– Я заметил, что он пьет.

– Да, он типичный алкоголик. Ко мне подходили пассажиры, просили его обследовать, но я, как вы понимаете, не могу, раз он сам не просит и не буянит. А сейчас они все говорят, что он бросился за борт.

– Я не могу застопорить машину и спустить шлюпку на том основании, что пассажира нет в его каюте. Может, он в чьей-нибудь еще каюте, с пассажиркой, и у них свои дела.

– Да, другого объяснения, пожалуй, не найти.

– А кроме бутылки – какие от него еще могут быть неприятности?

– Никаких, если повозиться с ним денек. А самое лучшее – погонять его неделю со шваброй… И пароход вдруг загомонил, как курятник.

– …Он пропал.

– …За бортом.

– …Его никто не видел после парикмахера…

– …Капитан думает, что у него тут женщина… Мистер Пинфолд из последних сил старался не отвлекаться и вникал в книгу. Вдруг тон переменился. – Все в порядке, он нашелся.

– …Ложная тревога.

– …Пинфолд нашелся.

– Я рад этому, – сурово сказал капитан. – Я боялся, что мы слишком далеко зашли. И дальнейшее была тишина.

Стрижка мистера Пинфолда добавила огня в его отношения с Маргарет. Весь день потом она не закрывала рта, радуясь перемене в облике мистера Пинфолда: – Он помолодел, – говорила она, – подтянулся, невероятно похорошел.

Подолгу рассматривая себя в зеркало, так и эдак вращая головой, мистер Пинфолд не видел большой разницы с прежним, не видел причины для этих восторгов. Не его расцветшая красота восхищала Маргарет, высказал он догадку, а свидетельство доверия, которое он ей оказал.

Среди похвал она нет-нет и роняла многозначительный намек: -…подумайте, Гилберт. Парикмахерская. Вам это ни о чем не говорит?

– Ни о чем. А должно?

– В этом ключ к разгадке, Гилберт. Вам обязательно это знать, вы должны это знать.

– Ну так скажите.

– Я не могу, дорогой. Это против правил. Я могу только намекнуть. Парикмахерская, Гилберт. Что делают парикмахеры, кроме того, что стригут волосы?