Меч со свистом опустился и …. со звоном скрестился со светящимся лезвием магического меча, в мгновение ока появившегося в руках казалось бы беззащитного гостя. Смертельный удар был отражён. Воин замахнулся было для повторного удара, но тут вдруг что-то отбросило его далеко к противоположной стене. С шумом и грохотом переворачивая на своём пути кресла и сервировочные столики с едой и напиткам, нападавший плюхнулся на пол. Хотел было вскочить, но не смог. Какая-то неведомая сила буквально прижала его к полу.

Все просто обомлели. Повисла напряжённая пауза, прерываемая только тяжёлым дыханием окружающих и бульканьем вина, вытекавшего из перевёрнутой амфоры. Держа выставленную вперёд руку, Андрей приблизился к поверженному противнику и ногой отшвырнул подальше его оружие. Затем кудесник взмахнул рукой. Начальника стражи словно что-то подбросило, и он с силой ударился о стену. После чего обмяк и сполз на пол.

— Вы можете повязать его, — сказал Андрей, обернувшись к воинам и быстрым движением спрятал прямо «в себя» магический клинок.

Это действие произвело огромное впечатление на стражников. Воины застыли в изумлении, с открытыми ртами. А затем, ничего не поняв, уставились на своего господина. Артемий, с трудом приходящий в себя, коротко кивнул и отдал приказ своим воинам. И те, словно очнувшись от наваждения, подхватили оглушённого жестким падением своего бывшего начальника и куда-то его увели. Грамматик собственноручно плотно прикрыл дверь в трапезную и повернулся к своему необычному гостю:

— Проклятье! — воскликнул он срывающимся от пережитого волнения голосом. — Похоже, что я уже во второй раз обязан тебе жизнью, Андрей.

— Похоже, что так! — ухмыльнулся ведун, уже полностью овладевший собой, — Может мы всё-таки спокойно поговорим, и ты выслушаешь меня до конца?

— Придётся, — ответил Артемий, опускаясь на скамью, — Говори — что там у тебя за сделка. Только по короче.

— Всё очень просто, — начал Андрей, — Я знаю о вашем заговоре и мог бы выдать вас и выслужиться перед Василевсом. Думаю, его награда была бы весьма щедрой. Но я этого не сделаю! И, между прочим, тем самым — уже в третий раз спасу твою жизнь.

— И что же тебе мешает? Почему ты этого не сделаешь? Ты что-то хочешь взамен?

— Да — буду с тобой откровенен, — честно признался ведун, — Империи нужен новый более разумный и решительный правитель и ты им станешь, Артемий. Ты станешь достойным Императором. А взамен я лишь ищу дружбы и признательности со стороны будущего Василевса. Тем более, что он уже доказал своё благородство и верность слову. Мне этого будет вполне достаточно.

— И это всё? — с некоторым недоверием спросил Артемий, — Ты не попросишь ни поместий, ни золота, ни должностей или чинов?

— Мне всё это ни к чему. Я еду домой, — улыбнулся бывший учитель, — Но в славянских землях сейчас не спокойно. Всюду враги. Чую, ждёт там меня впереди много забот. И если я однажды обращусь за помощью к повелителю огромной и могучей Империи, то мне хотелось бы верить, что мне в ней не откажут. Хотя бы, в благодарность за трижды спасённую жизнь её Императора.

— Помнится — ты говорил ещё и о взаимной выгоде, — напомнил грамматик, — Твоя выгода мне ясна. А какой в том резон для всей Империи, если только не считать долг жизни одного человека?

«Вот они — лукавые греки! — воскликнул внутренний голос, — Своей выгоды никогда не упустят». В чём-то он был прав.

— Во-первых, это не простой человек, а Василевс — помазанник и наместник Бога на земле! — сказал Андрей, — А во-вторых, если ты заметил, то мне под силу предсказывать некоторые грядущие события, которые могут помочь даже такой великой державе, как Ромейская Империя пережить в будущем трудные времена. Кто вовремя предупреждён — тот вооружён.

— О каких это таких трудных временах ты говоришь? — насторожился Артемий.

— Я непременно тебе расскажу о них, но только после заключения сделки.

— А если я откажусь! Ты выдашь нас? Тогда ты — покойник!

— Угрозы ни к чему. Я ведь уже сказал тебе, что в любом случае не выдам вас, — пожал плечами Андрей, — В этом не будет необходимости. Так как тогда власть твоя и без моего участия будет не долгой, а конец — печальным. Можешь мне поверить. Просто ты пока этого не знаешь. Мне даже и греха на душу брать не придётся. Всё свершится само собой. Но, с другой стороны — этого можно избежать, если заранее знать развитие некоторых событий.