Тень пробежала по лицу личного секретаря Василевса. Он совершенно по-новому внимательно посмотрел прямо в глаза ведуну, будто увидел его впервые. Такой взгляд Андрей раньше не замечал в его в глазах. Он вдруг стал властным и жёстким. Контраст был разительный! Но спустя миг Артемий уже расплылся в дежурной «дворцовой» улыбке:

— О чём речь, друг мой! — воскликнул он нарочито громко, — Двери моего дома всегда открыты для моего спасителя. Буду счастлив разделить сегодня с тобой свою скромную вечернюю трапезу.

— Значит — до вечера! — Андрей всё понял, он услышал то, что хотел, — Не смею больше отвлекать тебя от важных государственных обязанностей.

Раскланявшись, оба устремились по своим делам. Андрей, вернувшись на виллу Магистра Оффиций, позвал толмача и первым делом вручил Урсусу вольную грамоту Императора:

— Теперь ты — свободный человек! — сказал он, — Ты волен сам распоряжаться своей судьбой, как того пожелаешь и сам выбирать себе дорогу в будущее.

Молодой берендей, не находя нужных слов, просто заключил ведуна в свои могучие объятия. Он был счастлив. Ещё бы! Прожить почти всю свою сознательную жизнь на положении раба и тут вдруг — стать свободным.

— Благодарю тебя, мой Наставник! — Урсус даже немного растрогался, — Можешь не сомневаться, что моё будущее теперь неразрывно связано с твоим. Куда ты — туда и я. Здесь меня ничто не удерживает. У меня тут нет ничего, кроме тяжких воспоминаний несчастного детства, которые я буду только рад позабыть.

— В таком случае, начинай с Вадей учить славянский язык. Скоро мы возвращаемся в мои земли, — ответил Андрей, — Там мы и закончим твоё обучение.

Ближе к вечеру домой вернулся Аврелий. Вид у него был довольно мрачный. Его явно тяготили невесёлые думы. Он сообщил Андрею, что вечером, а, вернее почти ночью, в императорском дворце состоится пир, но котором могут присутствовать те, кого Император удостоил сегодня личной аудиенции.

— И как долго он продлится? — задал неожиданный вопрос Андрей.

— Странно, что ты спрашиваешь об этом. Какая разница? — удивился Аврелий, — Обычно такие пиры длятся долго, пока Божественному не надоест. В последнее время это происходит, как правило уже под утро. А что?

— Я не знал об этой традиции и договорился сегодня о встрече с грамматиком Артемием.

— А! Так вот почему он отпросился сегодня у Императора и не будет присутствовать на пиру, — задумчиво проговорил хозяин дома, — Интересно, что ему от тебя нужно? Эта маленькая хитрая лисица ничего не делает просто так.

— Думаю, что ничего особенного, просто хочет, наверное, устроить прощальный ужин в знак благодарности за своё спасение, — как можно более непринуждённо отвечал Андрей, — Ведь он в курсе, что мы скоро уезжаем.

— Забудь, — коротко бросил Магистр Оффиций, — Пир у Императора, хоть и не обязателен, но гораздо важнее для твоей карьеры и построения отношений при дворе, чем ужин у его секретаря. Я думаю, ты и сам это понимаешь.

— Мне нет необходимости строить свою карьеру при дворе Филиппика, — отвечал Андрей, — Я здесь ненадолго. Скоро мне предстоит вернутся к своим обязанностям Смотрящего в славянских землях.

— Однако, добрые отношения с Империей никому не помешают? — возразил Магистр.

— Для добрых отношений с Империей у меня есть ты, — улыбнулся Андрей, — Похоже, что ты гораздо больше владеешь ситуацией в стране, чем этот пьяница. Кто из вас двоих в действительности управляет государством?

— Тсс! Тише! Прошу тебя. У стен тоже есть уши, — предостерегающе поднял руку Магистр, — Больше ни слова. За такие слова не долго и с головой расстаться. Не только тебе. Но и мне. Хотя во многом ты прав, — не удержавшись добавил он с досадой в голосе.

Аврелий тяжело опустился на скамью. Видно было, что Андрей задел его за живое.

— Вижу, от тебя ничего не утаилось. Да это и не удивительно — скоро только слепой не сможет увидеть тех изменений, которые произошли с нашим Василевсом, — с грустью продолжал он, — В последний год Филиппика интересуют только пиры, развлечения и женщины. Он стал слишком много пить и мало заниматься государственными делами. А враги, словно чувствуя это, напирают со всех сторон. Но ему и дела нет. Многие в столице им недовольны. Всюду зреют смута и заговоры. Сегодняшний инцидент это только подтверждает.

— Как видишь — мне нет надобности идти сегодня на эту очередную попойку Василевса, — улыбнулся Андрей, — У меня свои планы, как выстраивать будущие отношения с императорским двором.

— Ну, как знаешь, может это и к лучшему, — вздохнул Аврелий, — Ступай. В последнее время наш повелитель стал очень мнителен и подозрителен. И единственный кому он доверяет безгранично — это его секретарь. Наладить с ним дружеский контакт может быть полезно. Но хочу предупредить тебя, что Артемий не так прост. Он сам себе на уме. Будь с ним на чеку.