— Идем, — Хут подтолкнул меня, вынуждая повернуться к дверям. Гевор только что обезвредил последнего воина, освободив путь. На нас он не смотрел, уверенный, что последуем за ним. Так оно и было.

В зале нас ждали. Шейда поднялась с трона, увидев вошедших. Рядом с ней стоял главный советник, что пытался от меня избавиться, а за его плечом и причина тому — Телла. Девушка пыталась скрыть страх за надменностью, но, когда ее взгляд обратился на Гевора, я различила в нем явный интерес, и это разозлило. И не важно, что девушка быстро опустила глаза.

— Тоже попытаетесь бороться? — с ядовитой усмешкой поинтересовался Гевор. Его голос прозвучал громом, раскатами отразившимся от гладких стен.

— Скажи, что с моим сыном, верни его, и я отдам трон, — Шейда вышла вперед, бесстрашно глядя на врага. Так значит, все это время она не знала, что происходит во дворце? Как это возможно?

— Каждый, кто восстал против меня, несет наказание. Твоя кара в неведении, — ответил Гевор. Я пораженно повернулась к нему. Понимал ли он, на что обрекает мать? Пусть мы знакомы не так долго, но этого хватило, чтобы понять — сын для Шейды вся ее жизнь.

— Это слишком жестоко, — тихо произнесла я, подойдя к Гевору. Да, он велел молчать и не отсвечивать, но и я не собиралась позволять его мести переступать границы. С бывшей императрицы с лихвой хватит тревог от того, что ее сын в плену.

Казалось, она только сейчас заметила меня и прошлась оценивающим взглядом. Теперь я оценила задумку Гевора. Когда я в цветах его рода, сложно не понять, на чьей я стороне, хотя это спорный вопрос. Но для Шейды ответ однозначен. Это читалось в ее глазах, взглянувших на меня с ненавистью.

— Ты предала его! — воскликнула она.

— Мы больше не связаны, — ответила ей и показала запястье, где прежде была брачная вязь. Увидев мою чистую кожу, она побледнела. Все ее величие и стать вмиг слетели, обнажив бесконечные дни терзания и переживания за сына. Она сильно постарела, а теперь едва держалась.

— Мой мальчик, — сорвался с ее губ обреченный шепот. И я лишь сейчас поняла, как для нее это выглядит.

— Эссур жив, — поспешила успокоить ее, но заметила, что и Телла облегченно вздохнула. — Он в плену, пока не признает нового императора, — быстро добавила, понимая, что Гевор может в любой момент остановить. Но он не стал.

Лишь ответил через связь волной гнева. Ему не понравилось мое вмешательство, но устраивать разборки прилюдно он не станет. Пусть остальные думают, что я говорю с его позволения.

В глазах Шейды блеснули слезы, но она тотчас моргнула, возвращая маску отчужденности. Теперь она казалась равнодушной.

— Зачем ты пришел? Что ждет мой народ?

— Твой народ уже вспомнил меня, но не торопится признавать. Я позволю им увидеть себя, чтобы убедиться в моей Силе. Те, кто продолжит сопротивление, будут расплачиваться. Власть отныне принадлежит только мне.

— А мой род? — спросила Шейда, но прежде, чем ей ответили, вперед выступил Хранитель. В облике белого барса его тут видели первые, но узнали быстро. И вновь бывшая императрица побледнела, как и в первую их встречу.

Теперь я могла догадаться о причинах ее реакции. Шейда знала, на что пошел ее муж, как получил трон. Потому и боялась Хранителя. Боялась его кары.

— Ты можешь покинуть планету или остаться на Севере. Но никогда больше не приблизишься к власти и трону. Ни ты, ни кто-либо из твоего рода. Вы дадите клятву преданности мне, — озвучил Гевор.

— Ваше Величество, — тонкий, высокий голос, прозвучавший в стороне, удивил всех. Телла, до того стоящая за спиной советника, теперь смело вышла вперед и склонилась. Она ждала позволения продолжить.

— Говори, — сухо бросил Гевор.

— Позвольте увидеть Эссура, разделить с ним заточение и дальнейший путь.

Вот это поворот. Застыли, кажется, все. Никто не ожидал от девушки такого порыва. И я в том числе. Она так отчаянно билась за место избранницы, так старательно пыталась от меня избавиться…

Я думала, она жаждала власти, но похоже, ошиблась. Могло ли быть, что девушка попросту влюбилась? Влюбилась так сильно, что готова разделить судьбу с тем, кто в опале, в плену? Пожертвовать будущим и свободой?

Теперь я смотрела на нее с сожалением. Не того мужчину выбрало твое сердце. И есть ли шанс, что он ответит тебе хоть каплей взаимности?

Впрочем, я сама рискнула всем, решив бороться с Гевором. И мой путь не менее опасен и безрассуден. Но я верю, что еще могу отступить, а вот она уже слов не вернет.