Я кивнула.

— Не могла бы ты тогда намочить полотенце, чтобы я вымыла ноги, пожалуйста?

Бранна кивнула, а затем направилась в ванную. Она вернулась с теплым влажным полотенцем. Помогла мне раздеться догола, взяла полотенце и вымыла нижнюю часть моего тела.

Я покраснела.

— Извини, что тебе приходится это делать, мне так неловко.

Бранна фыркнула, вытирая мои бедра.

— Детка, на работе я ежедневно помогаю незнакомым людям. Я рада помочь тебе, ты одна из моих лучших друзей.

Я расчувствовалась.

— Я так счастлива, что ты будешь принимать роды.

Бранна встала, когда закончила, и наклонилась, обнимая меня.

— Я тоже, милая. Это честь для меня.

Когда она закончила, то достала для меня голубую ночную рубашку до колен. И пару бабушкиных трусиков из множества новых упаковок, которые я купила на период после рождения ребенка. Она также взяла одну из больших прокладок и приклеила ее на трусики, а затем помогла мне надеть все.

Я вздохнула.

— Чувствую себя лучше, зная, что прокладка впитает воды. Было так странно, когда она просто вышла без предупреждения.

Бранна улыбнулась, когда мы сели на кровать. Она задала мне несколько вопросов о том, как у меня отошли воды, затем уложила меня обратно на кровать и пошла за своим маленьким портативным доплером, чтобы проверить сердцебиение ребенка.

Когда она вернулась в комнату, Нико, Алек и Дэмиен стояли у двери спальни, заглядывая внутрь. Я улыбнулась им и помахала рукой, приглашая войти.

— Входите. Я в порядке.

Они вошли в комнату, но быстро сделали вид, что смотрят в потолок, когда Бранна подняла мою ночную рубашку вверх, пока та не оказалась у меня под грудью. Я усмехнулась, и сказала:

— Ребята, на мне огромные трусы. Все, что вы увидите — это живот и ноги.

Они нерешительно взглянули на меня, а когда увидели, что на виду нет ничего личного, стали смелее. Алек забрался на кровать и сел рядом со мной, в то время как близнецы стояли в метре или двух от кровати, настороженно наблюдая за мной.

— Где Кейн? — спросила я Дэмиена. — Он едет домой?

Он облизнул губы и ответил:

— Он не отвечает на звонки, но мы оставили текстовые и голосовые сообщения. Мы будем продолжать попытки, пока он не возьмет трубку.

Я нахмурилась.

— Он с Райдером, почему бы тебе не попробовать…

— Уже, — прервал меня Нико. — Он тоже не отвечает. Они оба, вероятно, делают подходы, и их телефоны выключены.

Я моргнула.

— А если он пропустит роды?

Бранна усмехнулась.

— Дорогая, это займет некоторое время. Поверь мне, он будет здесь.

Я кивнула Нико и спросила:

— Он сделал инъекцию сегодня утром? Не могу вспомнить, сделал или нет.

— Сделал, — подтвердил Алек. — Он выбрасывал иглу в то желтое ведро на кухонном столе, когда я пришел.

Я кивнула, и немного расслабилась.

Посмотрела на Нико.

— Ты звонил Броне?

— Они с Килой в городе в поисках новой кровати, так как наша… сломалась.

Я фыркнула.

— Вы сломали кровать?

Он пожал плечами, ухмыляясь.

— Рано или поздно это должно было произойти. На самом деле я удивлен, что она, не сдаваясь, продержалась так много лет занятий сексом.

Я рассмеялась.

Мое внимание привлекла Бранна, которая выдавила немного геля мне на живот. Она включила маленькую машинку, которая обнаружила сердцебиение ребенка, затем поместила доплер на гель на моем животе и покрутила его.

Послышались какие-то помехи, а затем почти сразу же раздался красивый глухой звук.

Я улыбнулась, и Бранна тоже.

— Сердцебиение такое же сильное, как и всегда.

— Мне кажется, — пробормотал Алек, — или сердцебиение пугающе похоже звучит, как ритм песни Jingle Bells?

Мы рассмеялись, и слушали еще минуту, прежде чем она отложила доплер в сторону и вытерла мой живот от геля. Затем мы поболтали еще несколько минут, пока все не прекратилось, так как меня снова пронзила боль.

— О, черт, — поморщилась я и наклонилась вперед, схватившись за живот, будто это могло как-то облегчить боль.