– Если я тебе говорю, что-то сделать, ты это делаешь. Не ставишь мне условия и не пререкаешься.

– Я не могла отойти от двери, – упрямо сказала. Взгляд Агеластоса давил, но я продолжала смотреть ему в глаза.

– И ты не говоришь мне «Я не могу». Ты берешь и делаешь, Очкарик. Мне плевать, как именно, но ты это делаешь.

Кириан сильнее вдавил меня в дверь и я зашипела. Хотела выругаться и накричать на парня. Может, даже бросить в него чем-нибудь, но, вместо этого опять саркастично сказала:

– Слушаюсь, Хозяин.

Кириан отпустил меня и так, будто я перестала существовать, пошел обратно к вентиляции.

– Ты ужасно относишься к девушкам, – я села на коробки, но от двери все так же не отходила.

– Лучше бы тут была девушка, а не ты, – Кириан говорил это с безразличием. Будто я его вовсе не волновала.

А у меня все сильнее полыхнуло. Рука дрогнула и, прежде чем я поняла, что произошло, я бросила небольшой консервной в Кириана. Попала ему в плечо. Парень медленно обернулся и посмотрел на меня так, будто пытался испепелить взглядом.

– А ну иди сюда, Очкарик.

Прозвучало настолько угрожающе, что я тут же отрицательно качнула головой и, наоборот, сделала шаг назад.

– Нет.

– Что я тебе только что сказал?

– Слушаться тебя и делать все, что ты говоришь.

– Иди сюда, Очкарик.

– Нет, – все так же упрямо и с явными нервными нотками в голосе. – Сначала успокойся. Ты выглядишь страшно.

У Кириана дернулся глаз и я увидела, что он сжал ладони в кулаки. Казалось, пытался успокоиться, но судя по всему, ничего не получилось, так как уже в следующий момент он пошел в мою сторону. Его приближение было подобно нападению громоздкого хищника, из-за чего я сразу дернулась и скользнула вбок.

Зря я говорила, что тут мало места. Например, сейчас пытаясь убежать от Агеластоса, я его прекрасно нашла. Сначала лихорадочно перелезла через коробки и побежала к противоположной стене, а потом остановилась около баков с водой. Даже попыталась хотя бы частично за ними спрятаться.

– Чем дольше ты убегаешь, тем тебе же будет хуже. В последний раз повторяю – иди сюда.

– Что ты мне сделаешь? – спросила, настороженно выглядывая из-за баков.

– Любить буду.

– То есть, обнимешь и погладишь по голове? – предположила глупость. – Можно и без этого.

Кириан сделал еще один глубокий вдох и ненадолго закрыл глаза. Когда же он вновь посмотрел на меня, я ощутила себя кроликом, которого бросили в обжигающий огонь.

– Хорошо. Я сам подойду к тебе.

– Не нужно! – пискнула, но уже было поздно.

Агеластос действительно передвигался, как хищник и в считанные мгновения оказался рядом с баком с водой. Но, поскольку мне все еще хотелось жить, догнать меня было не так уж и просто. Я вырвалась с другой стороны и оббежала чуть ли не всю комнату, а потом, просто не зная, что еще делать, взобралась на шкаф с консервами. К счастью, хотя бы потолки тут были высокие и я смогла нормально сесть.

Кириан остановился внизу и поднял голову. Посмотрел на меня так, будто мысленно уже несколько раз меня убил, а потом, вплел пальцы в светлые волосы и пошел обратно к вентиляции. Стало ясно, что лезть за мной он не собирался.

Я попыталась сесть поудобнее, но взгляда от парня не отрывала. Кириан больше не смотрел на меня и сейчас принялся разбирать одну из коробок. Достал из нее ящик с инструментами, после чего опять пошел к вентиляции.

Я была готова просидеть на шкафу целую вечность, но тут был один огромный минус. Сверху еще жарче и около потолка воздух вовсе казался спертым и до невозможности душным. Я пыталась это терпеть и делать глубокие вдохи, но через какое-то время мне вовсе стало плохо и голова закружилась.

– Ты уже успокоился? – решила спросить у Кириана.

– А ты, как думаешь, Очкарик?

Нет, он ни черта не успокоился. Агеластос все так же стоял ко мне спиной и отверткой откручивал какие-то винтики, но я видела насколько сильно его спина была напряженна.

Я сделала глубокий вдох и попыталась сесть иначе. Была готова к тому, что мне придется куда больше времени провести на шкафу, но, чувствуя, что уже начала болеть голова, решила все же снять свитер. Все равно, тут меня Кириан почти не видел.

Как только я сняла свитер, мне тут же стало немного легче и даже голова уже не так кружилась. Поправив майку, я посмотрела на Агеластоса. Вернее, на то, как он что-то делал изредка меняя инструменты. Не хотелось этого признаваться, но мне нравилось наблюдать за тем, как напрягались мышцы на его массивных руках. А еще я с интересом рассматривала татуировки. Кириан был словно безупречное изваяние. За ним было приятно наблюдать, но не следовало к нему подходить.

Учитывая, что мне уже нравилось рассматривать Кириана, я предположила, что от духоты я начала сходить с ума. К тому же, тело уже невыносимо сильно ныло. Следовало спускаться.