Кириан, в отличие от меня, казалось, эмоциям вообще не поддавался и сейчас рассматривал это место, больше похожее на однокомнатную квартиру. С опозданием заметив, что он подошел слишком близко, я резко вжалась спиной в дверь и чуть ли не до крови прикусила губу.

– Боишься? – он усмехнулся. – Мы здесь на сутки. Минимум. А максимум… – он замолчал. Отвлекся на раковину и включил воду. С опозданием, но она потекла, создавая хоть какой-то шум в этой тишине.

– Сколько максимум? – спросила с опаской.

– Без понятия, – он пожал плечами, а потом опять посмотрел на меня. – А ты чего так дергаешься и в стенку вжимаешься? Решила, я хочу тебя потрогать?

– Я всякое о тебе слышала… – призналась. Приличным девушкам не следовало оставаться наедине с ним.

– Расслабься, Очкарик. Я и за год здесь не изголодаюсь так, чтобы тебя облапать.

– Это звучит обнадеживающе, – фыркнула и, наконец-то отойдя от двери, тоже решила осмотреться.

Тут имелась небольшая кровать, полка с книгами и два шкафа с едой. Имелись еще какие-то ящики, но я в них лезть не стала. Больше внимания уделила уборной, которая шла отдельной комнатушкой. В ней так же имелась очень маленькая кабинка для душа.

В основном, все не так плохо, но тут я ощущала себя как в крошечной коробке, сделанной из бетона. Тут даже места было настолько мало, что, сталкиваясь с Кирианом, мы с трудом могли разминуться.

Я села на край кровати и, взяв очень тонкую книгу, начала махать ею перед лицом. Просто невыносимо жарко. Хоть бери и догола раздевайся. Как такую духоту вытерпеть?

Я не выдержала и хотя бы рукава у свитера подвернула. Это вообще не помогло, но, сделав глубокий вдох, я попыталась себя заверить в том, что нас скоро выпустят отсюда.

***

В этом месте время бежало совершенно иначе. Казалось, что оно вовсе остановилось и, лишь изредка доставая телефон, я видела, что минуты все же медленно проходили. Правда, по ощущения уже пролетела целая вечность, а в реальности прошло лишь полчаса.

– Почему ты считаешь, что мы тут минимум на сутки? – спросила у Кириана. Я все так же сидела на краю кровати и держала в руках тонкую книгу. То рассматривала ее, то за счет этой книги пыталась охладиться. – Есть шанс, что твой дядя приедет раньше?

– Он сейчас не в Афинах.

– Отлично, – фыркнула с сарказмом. Немного подумав, встала и опять пошла к двери. Уже четко понимала, что с ней ничего не сделаю, но, все равно не могла так просто сидеть.

Уже теперь я нервничала еще сильнее и мысленно проклинала это крошечное замкнутое пространство. Еще и в голову лезли далеко не самые радужные мысли. Что, если нас так и не найдут? Нет, это невозможно. Я просто накручивала себя.

Прошло еще какое-то время. Кириан осмотрел вентиляцию и какие-то электронные приборы, а я все так же топталась около выхода.

– Отойди, – Кириан тоже подошел к двери.

– Куда я отойду? Тут места нет. Уйди к коробкам и тогда я пойду к раковине. Или хотя бы туда отойди… Эй, ты что!

Пока я говорила, Агеластос шумно выдохнул и, просто перестав обращать на меня внимание, подошел к двери, после чего потянулся к верхней части проема. Я не имела ни малейшего понятия, что он там делал, так как была плотно прижата к двери массивным телом Кириана. И, проклятье, мне это очень сильно не нравилось.

– Ты хоть понимаешь, что такое личное пространство? – зашипела, пытаясь выскользнуть в бок, но уже теперь у меня ничего не получалось.

– Давай, Очкарик, потрись об меня еще сильнее и, может, я в тебе девушку все-таки увижу.

Я тут же притихла и перестала ерзать, но, пытаясь приподнять голову, саркастично сказала:

– Ничего себе. То фонарный столб привлекательнее, чем я, то ты уже буквально в шаге от того, чтобы воспринять меня, как девушку. А всего-то требовалось провести со мной взаперти пару часов и вот я уже не так уж и плохо выгляжу.

– Не совсем. Я тут видел бумажный пакет. С ним на голове, может быть, сойдешь.

– Какой же ты… Ты… – Агеластос добился невозможного. Он довел меня до такого состояния, когда я даже ругательств подобрать не могла. Обычно, у меня с этим проблем никогда не было.

Я опустила голову и сделала несколько глубоких вдохов. В груди забурлило и я пропиталась особенно острой ненавистью к Агеластосу. Хотела опять попробовать осторожно скользнуть вбок, но Кириан схватил меня за предплечье и, резким движением развернул к себе, после чего заставил упереться спиной в дверь. Он пальцами сжал мой подбородок и сделал так, что я посмотрела ему в глаза.