Дружбы между мужчиной и женщиной не существует, и никто никогда не убедит меня в обратном. Поэтому я не намерен терпеть возле Лизы «друга» Ярослава.

— Как планируешь отмечать день рождения? — перевожу тему с горе-бейсболиста на более приятную для меня. Через месяц Лизе исполнится 21.

— Никак.

— Совсем? — удивляюсь.

— Да… Ну а что там отмечать? Не хочу.

У меня в голове тут же рождается миллион способов, как отпраздновать Лизин день. Пожалуй, устрою ей сюрприз. Независимо от того, хочет она этого или нет.

После ресторана мы гуляем немного по улочкам центра, а потом я везу Лизу домой. Наш поцелуй в машине выходит таким жарким, что мне снова едва удается сдержать себя в руках. Я совершенно точно и бесповоротно сошел с ума по Лизе. Провалился в пучину чувств и желаний. Все остальные девушки этого мира погасли, и для меня осталась только Лиза.

— Я снова хочу уснуть в твоих руках, — тихо говорит, когда мы прерываем поцелуй для глотка воздуха.

— И я хочу с тобой уснуть.

— Если мы оба этого хотим, тогда почему ты собрался уезжать?

Я опускаюсь лбом ей на плечо. Ее рука гладит меня по затылку, дыхание щекочет шею.

— Мы могли бы просто вместе уснуть, как прошлой ночью. — Осторожно предлагает.

— Второй раз подряд я не смогу просто уснуть рядом с тобой.

— Ладно… — отвечает, помедлив. — Спасибо за этот день, Миша. У нас было прекрасное первое свидание.

— Чем оно прекрасное? Кино, кафе, прогулка. Банальнее не придумать. Я обязательно приготовлю для тебя особенное свидание.

— Для меня каждый день с тобой особенный. — Чувствую, как улыбается мне в шею. — Мне не нужны красивые свидания, цветы, сюрпризы… Мне просто нужен ты.

— И ты нужна мне, моя девочка. Каждый день, каждую ночь. И так всю жизнь.

— Мы могли бы начать с сегодняшнего дня, но ты вдолбил себе в голову непонятно что, — смеется. — Хотя мы и так столько лет потеряли. Ладно, упрямец, — Лиза целует меня в щеку. — Я пошла.

— Напиши мне сообщение, как поднимешься в квартиру.

— Хорошо.

Лиза выходит из машины и скрывается в подъезде. Через несколько минут в окнах ее гостиной загорается свет, а следом мне на телефон падает сообщение «Я дома».

Нужно бы заводить мотор и ехать к себе, но я продолжаю стоять в Лизином дворе. Ложусь лбом на руль и закрываю глаза. В голове то и дело крутятся ее последние слова о том, что мы потеряли слишком много лет.

Не знаю, сколько я так сижу в машине, пока не открываю рывком дверь и не выхожу на улицу. Через 5 минут я звоню в ее дверь.

— Миша? — только и успевает удивиться Лиза, когда открывает.

Она все в том же платье, в котором была днем, а в руках держит пакетик кошачьего корма. Я делаю уверенный шаг вперед и закрываю дверь, а уже через секунду подхватываю Лизу под ягодицы и крепко целую.

Она стаскивает с меня куртку, я наощупь скидываю с себя кроссовки и несу Лизу в спальню. Кошачий корм полетел на пол вместе с моей верхней одеждой, и теперь девушка блуждает пальцами в волосах у меня на затылке.

В комнате я аккуратно ставлю Лизу на пол и начинаю покрывать поцелуями ее шею.

— Что заставило тебя передумать? — спрашивает сквозь тихие стоны.

— Ты права, мы потеряли слишком много лет. Начиная с сегодняшнего дня, мы не потеряем больше ни минуты. — Возвращаюсь глазами к ее лицу. — А начиная с завтрашнего дня, ты будешь жить у меня.

Она тихо смеется и обнимает меня за шею.

— Обсудим.

— Обсудим, — соглашаюсь и снова целую Лизу.

Я разворачиваю ее к себе спиной и, продолжая касаться губами шеи и плеча, медленно расстегиваю молнию на платье. Оно тут же падает к ногам, и Лиза остается в одном кружевном белье. Я блуждаю руками по ее телу, сжимаю в объятиях, при этом не прекращая целовать.

Лиза поворачивается ко мне лицом и начинает расстегивать пуговицы на моей рубашке. Когда на пол летит и она, я подталкиваю девушку к кровати и аккуратно укладываю, ложась на нее сверху. Снимаю с Лизы белье и иду поцелуями все ниже и ниже.

Из головы не уходит мысль, что мы потеряли слишком много времени. И хоть нам некуда спешить и у нас впереди еще целая жизнь, неизвестно, сколько нам на самом деле отмерено.

Я обнимаю Лизу обеими руками, уложив ее голову у себя на груди. Вожу по волосам и лицу девушки пальцами, едва касаясь, и, наверное, до сих пор не могу поверить в случившееся.

— О чем ты думаешь? — тихо спрашивает.