Харул аккуратно отстранил всех, и, толкнув створку окна внутрь, заглянул в помещение. Бойцы рассредоточились полукругом, держа проем под прицелом.

– Ну, чего там? – нетерпеливо спросил Макс. Иваныч шикнул на него.

– Много пустул вон там, в углу, – наконец, произнес Жнец. – Зрелые. А это значит, с десяток хорошо сформировавшихся тварей.

– Но справимся же? – осторожно спросил я, закатывая рукава. Золотистые наручи заблестели на солнце.

– Не торопись, – Харул предупреждающе поднял ладонь. – Соваться напролом ни к чему. Попробуем выманить их сюда. Но для начала я натяну струны.

– Так ты еще и музыкант? – нервно усмехнулся я.

– В некотором роде. Скажи своим людям, чтобы не стреляли без необходимости.

Харул спрятал клинок и принялся проводить какие-то странные манипуляции. Он был похож на мима, который обрисовывает невидимую решетчатую стену, перекрывающую оконный проем. Мне пришлось пристально приглядеться к его действиям прежде, чем амальгамные линзы, наконец, подсветили мне тонкие, как волоски, линии, которые он рисовал.

Что это вообще? Колдунство какое-то, или…

– Ну, так чего он? – снова дёрнул меня Макс, и на этот раз получил увесистый подзатыльник от командира. Все и так изрядно нервничали.

– Не стрелять! – предупредил я. – У него, кажется, какой-то план.

– Подойди ближе, Ян, – позвал Харул.

Я встал рядом с ним в паре метров от окна.

– Видишь?

Я видел. Амальгама подсветила гроздь уродливых серых бурдюков, свисающих с дверного проема напротив окна. Каждый размером с мешок с картошкой, а то и побольше. Раздутые, едва не лопающиеся от содержимого. В отличие от тех, что я видел раньше, они не были наполнены желтоватой жижей – внутри отчетливо проглядывали очертания шевелящихся угловатых конечностей, растягивающих стенки пустул так, что те становились полупрозрачными.

– Они чуют нас, – тихо проговорил Харул. – Почти готовы наброситься. Но мы недостаточно близко.

– И что будем делать?

– Нужна кровь. Дай-ка руку.

Он выудил откуда-то из-под балахона свой черный клинок.

– В смысле? – невольно отпрянул я. – Ты спятил?

Сказал я это по-русски, но он, похоже, и так понял моё смятение.

– У тебя ведь амальгама. Быстро залечишь порез, да и от любой инфекции она тебя защитит. А кровь очень поможет. Ничто так не привлекает тварей Скверны, как её запах. Он просто сводит их с ума.

Он протянул руку с клинком так, что тот оказался прямо передо мной, на уровне груди.

К слову, занятное оружие. На вид острое, как скальпель, причем заточка идет и с внутренней стороны дуги, и по краю, еще и с явно специально сделанными зазубринами – что-то вроде серрейторной заточки. По всему полотну идет сложная вязь рун, цепляющихся друг за друга, как звенья цепи.

Что ж, ладно…

Видимо, за счёт того, что ранение было осознанным, амальгама успела снизить болевые ощущения до минимума. Я быстро провел левой ладонью по внешней дуге клинка, рассекая кожу. Кровь брызнула не сразу, но когда потекла, то щедро залила всю ладонь. Кажется, слишком глубоко резанул. Перестарался немного.

Харул отступил назад и в сторону, я же перевел взгляд на шевелящиеся внутри магазина коконы. До них было шагов десять, но в этот момент мне показалось, будто они рванулись ко мне, замерев прямо перед лицом. Я разглядел во всех подробностях отвратительные влажные стенки бурдюков, растягивающиеся под лапами рвущихся изнутри тварей. И протянул раненую руку ладонью вперед, будто пытался остановить их. Или, наоборот, заклинал.

Из наруча на правой руке, повинуясь моему неосознанному приказу, вырвался светящийся клинок Света зари.

Твари Скверны, с отвратительным визгом разрывая стенки коконов, одна за другой повалились на пол. Их было около десятка, может, даже больше. Человекоподобные – с двумя руками и ногами, но меньше ростом и настолько уродливые, что казались воплощением ночных кошмаров. Сплошные когти, клыки и рвущиеся прямо сквозь алую кожу костяные шипы, торчащие порой в самых неожиданных местах.

Они бросились на меня – все разом, оскальзываясь на остатках жижи из пустул, расталкивая друг друга и разевая пасти в непрекращающемся визге. На то, чтобы добежать от дальней стены магазинчика до раскрытого окна, им хватило буквально трех секунд. Я же так и замер с вытянутой вперед рукой. Сзади послышались предупредительные команды Руса.

Вырвавшаяся вперед тварь одним махом заскочила на подоконник и прыгнула наружу.

И вдруг развалилась, рассеченная на несколько частей. Обрубки с мерзким влажным звуком повалились на бетонную отмостку, разбрызгивая ошметки потрохов и черной крови. Еще несколько гулей успели повторить судьбу первого прежде, чем остальные начали что-то подозревать. Твари были довольно шустрые и кровожадные, но вот умом, кажется, не отличались – буквально за несколько секунд под окном образовалась целая гора омерзительных шевелящихся останков.