Хозяин встретил нас на пороге. Гладко зачесанные назад волосы, усики, бородка клинышком. Симпатичный даже в чем-то. Одет был в темно-синий костюм, двубортный, но при этом в сапогах. Хрен его знает, что у них тут за мода?

Воскобойник пригласил нас в, как он сказал, кабинет. Мы присели за стол, присмотрелись друг к другу. По-немецки бургомистр говорил с жестоким акцентом, но грамотно. Так что Сабуров только буркнул что-то недовольно, не пытаясь даже изобразить знание языка.

— Камински? — спросил я. Надо валить обоих засранцев, потом шанса может и не быть.

— А, Бронислав Владиславович сейчас подойдет, он здесь, — ответил обер-бургомистр, и вдруг, присмотревшись к Сабурову, спокойно сказал: — А вы ведь не немцы. Вон, на эсэсовском мундире солдатская пуговица на погон пришита. Хальт! — зачем-то добавил он по-немецки и рванул из кармана Вальтер.

Но Сабуров был начеку. Перевернул на Воскобойника стол, выбил ногой пистолет. Тот попытался ударить моего спутника, но Александр Николаевич дважды выстрелил. Лицо обер-бургомистра приобрело немного удивленное выражение, он попытался шагнуть вперед, но запутался в ногах и, захрипев, упал. Мне, с моим треснувшим ребром и постоянным легким головокружением оставалось только наблюдать, я бы от такой битвы точно лег бы уже без постороннего вмешательства.

Где-то в доме зазвенели разбитые стекла и мы бросились на звук. Нельзя было дать уйти Каминскому, а то из Локтя мы не выберемся. Дверь, наверное, в спальню, была открыта и мы сразу увидели распахнутое настежь окно. Я подбежал и посмотрел на землю. Всё же есть в жизни везение, что ни говори. Никто на улицу не прыгал. Каминский перехитрил сам себя и решил спрятаться в доме, но не подумал, что на снегу следы будут видны.

Сабуров подошел ко мне и широко улыбнулся.

— Ты, Петр Николаевич, на что ставишь — шкаф или под кроватью? — спросил он. — Я вот на шкаф думаю. Сначала туда стрелять буду.

— Ты прямо как в дурном анекдоте, — засмеялся я. — Я под кровать пальну.

— Не стреляйте, я сдаюсь! — из-под кровати вылез мужик, немного пыльный и потрепанный. Каминский, наверняка. — Я же свой, секретный сотрудник органов, с сорокового года! Запросите Шадринск Челябинской области! Моя кличка «Ультрамарин»! Товарищи, я же тут собирал ценные сведения для наших! У меня все предатели записаны!

Как же он мне надоел! Воскобойник хоть помер как мужчина, а этот… только и ждешь, что обделается. Хотя, наверное, уже, запашок пошел. Я посмотрел на Сабурова, он кивнул и я дважды выстрелил этой гниде в голову.

Пока наши на скорую руку грузили продукты из кладовки обер-бургомистра, мы с Сабуровым стояли у калитки. Ни он, ни я ничего не говорили. Да и о чем? Сделали свое дело — и хорошо.

— Смотри, Петр Николаевич, а к нам гости, — вдруг сказал он, глядя в сторону поворота, откуда приехали и мы.

Я оглянулся. Да уж, если чего и ждали, только не этого.

— Может быть, ты хочешь так? — Вера игриво покрутила локон белокурых волос, склонилась надо мной. В такт ее движениям покачивались груди, я чувствовал как нарастает возбуждение… Жена играла со мной. Подводила к самому краю, но финиша все не было. Наслаждение длилось и длилось.

— А если вот так? — я схватил Веру за ягодицы, ускорился. Супруга тихо застонала:

— Еще, не останавливайся!

Что-то в ее голосе меня… удивило. Какие-то знакомые интонации… Я вздрогнул и проснулся. Надо мной покачивалась крупная грудь, слышались легкие стоны. Я и правда держался за женские ягодицы… направляя и ускоряя.

— Быстрее!

Мой взгляд переместился с груди на лицо и я чуть не застыл. Это была… Анна! Лицо девушки скривилось в экстазе, глаза закрыты. Почувствовав, что я замер, радистка сама ускорилась, буквально насаживаясь на меня.

— Ооо! Боже… как хорошо!

Анна дернулась раз, другой, остановилась. Ее голубые глаза распахнулись, девушка тревожно склонилась надо мной:

— А ты? Боишься, что я залечу?

Я же боялся совсем другого. Скосил взгляд в сторону кровати Старинова. Фу… полковника в комнате не было.

— Дурачок… — Анна игриво пощекотала меня за ухом, продолжая нависать надо мной. — Илья Григорьевич по второму кругу допрашивает венгра, что вы взяли в Локте.

Венгра? Ах да, было такое… В Локте мы схватили внезапно появившегося интенданта, который приехал в поселок за продуктами.

— Но как… ты оказалась здесь? На мне?

Аня засмеялась.

— Ну разве не этого ты хотел? Я заглянула к тебе передать радиограмму, пока зажигала свет, а ты меня как хвать за попку! Я даже лампу не успела разжечь.

Лунатизм какой-то. Я ничего не помнил! Во сне жена сама ко мне пришла. Ой, ой… Я что, перепутал Анну с Верой?

— А давай поменяем позу?

Радистка слезла с меня, облокотилась на изголовье кровати. Я увидел круглую попку Анны, призывный взгляд, кровь бросилась мне в голову.