Вот и личные бумаги. Письма с родины бравому гауптману, аккуратным круглым женским почерком с дописками детской рукой. Здравствуй, папа, мы тебя любим, будь строг к врагам рейха, ждем. Ну, все такое. Недописанное письмо от херра Штраузе: дорогие Марта и Пауль, я тут сражаюсь с большевиками, чтобы они даже не посмели подумать о сопротивлении, собираю посылочку с гостинцами. Вот и фотография с круглощекой фрау в строгом платье и киндером лет пяти, одетом в матросский костюмчик. Это, значит, тоску по ним комендант глушил сивухой во вражеской земле. И ведь на людей похожи. Я не стал больше читать отчеты о тратах на еду и мыло из города Ронненберга, бросил всё кучей в костер. Все равно уже никому не пригодится. А фрау Марта с Павликом получат другое письмо. Не от папки. Ну, и хрен вместо посылки. Это в качестве подарка.

На смену пришли Махно с Енотом. Сами встали, никто не будил. Пока последний ходил наружу облегчиться, я поразглядывал наколки человека с такой знаменитой фамилией.

— Мохнатый медведь?

— Ага.

— Значит, шнифер ты, — сообразил я — Специалист по сейфам.

— Сидел? — Махно напрягся. — Или из этих, из синих?

— Дружок срок мотал, вот и нахватался, — ушел от ответа я — А звать тебя как?

— Вовой кличут. Смотри, — покачал головой взломщик — Енот поручился за тебя.

— Не родня Нестору?

— Да ну, какое там? Седьмая вода на киселе. Уж поспрашивали в своё время, батя даже фамилию менять хотел, так надоело. С этой стороны я чистый.

В подвал вернулся Енот, молча сел рядом, бросил в костер ножку от стула.

— Махно — мой зять, — вдруг сказал он. — Дочка вийшла заміж за цього варнака. Обіщав, що більше не буде воровать. А будет — так ему яйца откручу, — добавил он почти без акцента. — Да, зятёк? — и отвесил тому подзатыльник. Ладно, тут у нас область семейных тайн и преданий, в такое болото лезть не хочется.

— Обещал, значит, так и будет, — обиженно сказал Вова. Видать, этот разговор ему надоел уже давно. А тесть, наверняка, отмазал где-то непутевого зятя, вот и не забывает напоминать тому, кто он такой на этом свете.

— Короче, не знаю как вы, а я пост сдал — пост принял, — я снял пиджак, постелил на пол поближе к костру, чтобы не замерзнуть. — Следите в оба, немцы после побега облаву могут пустить.

— Треба від собачок суміш зробити, — оживился подпольщик. — Посипемо кругом. Давай, Махно, доставай кисет.

— Что сразу я? — набычился Вова.

— У тебе запасец есть, я точно знаю!

Махно кряхтя достал кисет, но что они там уже делали с ним — я не увидел. Мгновенно заснул.

Утром, чуть рассвело, Енот отправился по друзьям-товарищам. Я в компанию к нему проситься не стал, два мужика сейчас в этом городе выглядят подозрительнее, чем один. Да и беседовать за подпольные дела без посторонних намного легче.

Ну а мы остались куковать. Майор с утра распотрошил один сухпай. И хоть делить пришлось на семерых против вчерашней восьмерки, пайка почему-то больше не стала. Точно так же рассосалась на пути к желудку. Со свистом и бульканьем. Или это кишки с голодухи марш играют? Я не разобрал. Хорошо, хоть вода была: фляги с немцев все догадались снять, а в подвернувшемся по дороге колодце еще и освежили.

На разведку послали, кого бы выдумали? Правильно, мастера этого дела, лейтенанта Быкова. То, что у него говор неместный, это не очень страшным оказалось. Населения в ближней перспективе не наблюдалось.

После такого радостного известия наш командир прислушался к советам опытного товарища и выпустил вместе с Андреем еще одного человека, артиллерийского старшину Гаврилова, на предмет пошарить в развалинах и найти там склад с теплой сухой одеждой подходящих размеров, добротной обувью по сезону, ну, и пожрать чего-нибудь на сдачу. Почему именно старшину? Так его от ветра меньше других качало по причине молодости и краткости пребывания в санаторных условиях.

Добытчики вернулись часа через два, как пишут в школьных сочинениях, усталые, но довольные. Наш отряд в один миг стал богаче на почти целое ватное стеганое одеяло (зеленого цвета), красное женское пальто демисезонное драповое с воротником из кошки и подушку перьевую, немного распотрошенную. Добро было отсыревшим, слегка пованивало сдохшей в углу тряпкой, а одна пола пальто и вовсе покрылась плесневым налетом, но кто же обращает внимание на такие мелочи? Сейчас подсохнет это дело и ночью будет не так холодно. Ибо до лета, как некоторые заметили, пройдет немало времени.

Оказалось, что необследованной осталась еще одна почти целая кладовка. И наши герои отправились туда за новыми сокровищами. А мы снова замерли в ожидании. Что еще делать, когда есть хочется, а пойти некуда? Правильно, спать. Вот и кемарили почти все, некоторые так даже похрапывали. Потом я вместе с Махно пошел за припасами для костра. А то в подвале сожгли почти подчистую. Набрали обломков мебели, обрывки книг. Раза за четыре перетащили к лазу. Предусмотрительный напарник даже сделал маленькую метелку и уничтожил следы нашего хождения. Ну и правильно, а то натопчем как стадо слонов, а потом удивляешься, почему это нас так грубо будят воплями «Рус, ставайсс!». Тут не перебдишь.