— Если ты этого хочешь, — один уголок его рта приподнялся. — Они дадут тебе всё, что попросишь, чтобы получить это интервью.

Я вдохнула и медленно выпустила воздух. Мне не хотелось сидеть перед камерой и делиться подробностями своей личной жизни с миром. Но не было ничего, что я бы ни сделала для своей мамы, и это было небольшой платой за её душевное спокойствие.

— Как мы это сделаем? — спросила я, наконец.

— Ты решаешь, кому ты хочешь дать интервью, а я всё организую. Они захотят сделать интервью в студии и фотографии. Мы можем обсудить все детали.

— Никаких прямых эфиров, — выпалила я.

Ситуация была достаточно плоха и без того, чтобы давать интервью на глазах у миллионов людей.

— И я хочу, чтобы фотографии сделал Теннин.

Глаза Лукаса загорелись весельем.

— Что-нибудь ещё?

Я поджала губы, начиная проникаться идеей. Если это был мой единственный вариант, я собиралась извлечь из него максимум пользы.

— Может быть. Я сообщу тебе.

* * *

— Джесси, Джесси, посмотри сюда!

— Ты собираешься вернуться к охоте?

— Тебе не кажется неправильным, что фейри охотится на других фейри?

Я приветливо улыбнулась небольшой группе папарацци, позволила им сделать несколько снимков и устремилась вверх по ступенькам «Плазы». Я привыкла к тому, что они преследуют меня, и благодаря советам Теннина, могла справляться с ними как профессионал.

Прошло две недели с того момента, как наше с Лукасом интервью появилось в эфире. Мы рассказали историю о том, как познакомились и работали вместе над поисками ки’тейна, о котором к этому времени уже услышал весь мир. Ведущая с волнением слушала историю о том, как я была похищена и застрелена одним из людей Давиана Вудса, когда пыталась передать ки’тейн Лукасу.

Поскольку во время обращения я была без сознания, ведущая адресовала свои вопросы Лукасу. Она утирала слёзы, когда он рассказывал ей, как я чуть не умерла. В благодарность за мой героизм группа фейри Королевской касты попыталась провести обращение, и с благословения Аедны это получилось.

Теперь, когда вся страна видела во мне героиню, и мы покончили со слухами о романе с коронованным принцем Благих, репортёры стали добрее ко мне. Эта история не утихнет в ближайшее время, но ситуация стала терпимой. Национальная героиня не вызывает такого интереса, как тайная возлюбленная коронованного принца фейри. Некоторые папарацци всё ещё преследовали и пытались спровоцировать меня, чтобы получить материал для нового витка истории, но они не были столь агрессивны.

Я вошла в холл «Плазы», испытывая облегчение от того, что они не могут последовать за мной внутрь. Первыми, кто попался мне на глаза, были брат и сестра, Ким и Амброуз, и я улыбнулась им. Амброуз постоянно пребывал в плохом настроении с того дня, когда я его встретила, но мы с Ким отлично ладили. Я ожидала, что он нахмурится, но её взгляд заставил меня отступить.

В нескольких шагах от них стояла группа из четырёх охотников, среди которых были Арон и Адриан. Близнецы Мерсеры улыбнулись, и Арон дружелюбно помахал рукой, но два других охотника, которых я знала только по именам, уставились на меня. Я посмотрела в другую часть холла и встретила ещё более холодные взгляды.

От Мориса я слышала, что многие охотники недовольны вниманием прессы, но это не подготовило меня к столь прохладному приёму. Хотя я не винила их за то, что они злились, но надеялась, что они будут немного снисходительнее. Можно подумать, я специально получила пулю или просила об обращении и о сопутствующей шумихе.

Я двинулась через холл в сторону лифтов, но не успела дойти до них, как охотник по имени Шон Мерфи встал передо мной, преградив путь. Шону было около двадцати лет, жилистый, с длинными светло-русыми волосами, собранными в конский хвост. Он был одним из охотников, усомнившихся в моей честности, когда я привела гоблина в качестве своей первой добычи, но с того дня я с ним не разговаривала.

Он скрестил руки на груди.

— Что это ты тут делаешь?

Я вздрогнула от его тона.

— Полагаю, то же самое, что и ты.

— Но ты не такая, как я, — огрызнулся он. — Теперь ты одна из них, и тебе тут не место.

— Да, — отозвался его товарищ. — Фейри, находящиеся в этом здании, должны быть закованы в железо.

Их открытая враждебность была для меня как пощечина, но я не собиралась показывать, как сильно это меня цепляло. Я посмотрела на второго мужчину.

— Не существует закона, запрещающего фейри быть охотником.

Шон скривил губы.

— А должен быть. Откуда нам знать, что ты не встанешь на их сторону против нас?

— На чью сторону?

— На сторону фейри, — выплюнул Амброуз с другого конца комнаты. — Они заботятся о своих, а мы — о своих.

Во мне вспыхнул гнев.

— Правда? Я, должно быть, упустила момент, как вы позаботились о моих родителях, когда они пропали в декабре. Ну, помните, те двое охотников, которые почти погибли от рук фейри.

— Это разные вещи, — запротестовал Шон. — Агентство начало расследование и…