– Вы когда-нибудь были на острове, Нелл?

– Даже не мечтала. – Улыбнулась она.

Он тоже улыбнулся, Мидас.

Их глаза вновь встретились.

– Почему?

– Мечты обнадёживают человека.

– Вы не хотели себя обнадёживать?

– И сейчас не хочу!

Он посмотрел на неё внимательнее.

– Вы странная женщина.

– Я знаю!

Нелл рассмеялась, посмотрела на остров, к которому подходил Азимут.

– Пусть я буду странной, но не несчастной!

Мидас вновь посмотрел на неё, но уже со смятением.

– Как его зовут? – Смеясь, спросила его, она.

– Кого? – Не понял её Мидас.

– Остров!

Он улыбнулся.

– Пан, – как бога Радости.

– Бог Радости? – Удивилась Нелл.

– Родившись на этой земле, Пан засмеялся от счастья.

– «Засмеялся»?

– Он был так счастлив, родиться на земле, что смеялся от счастья!

Её это поразило.

– Пан был сыном Гермеса и некой женщины, которая бросила ребёнка шокированная тем, что он родился с рожками, бородой, и копытцами. Гермес нашёл своё смеющееся дитя, и был так очарован им, что унёс его на Олимп, где боги, тосковавшие по двум сёстрам – Жизни и Счастью, которые ушли жить на землю к людям, полюбили малыша, и назвали его Пан – Радость!

На острове Пан их встречали трое крепких мужчин.

Это были отец и сыновья – Агап, Агейп и Ампелай.

Они были рады встрече, четверо мужчин. Они были чем-то похожи.

Мидас представил их друг другу, сначала Франк, а потом её. Мужчины посмотрели на Франк с интересом, а на неё, опирающуюся на трость, с сожалением.

Агап пригласил их к обеду, Мидас согласился за Франк и за неё.

– Садитесь в мою машину, Нелл, – Сказал ей, кажется, Ампелай. – Она удобнее.

Франк и Мидас поехали с Агапом.

Ампелай был юн и красив, у него были добрые глаза.

– Вы приедете к нам ещё? – Вдруг спросил её, он.

Нелл удивлённо улыбнулась.

– Я только приехала, а вы спрашиваете; приеду ли я ещё…

– Говорите мне «ты»…

Молодой человек посмотрел на неё с симпатией.

– Пожалуйста!

– Хорошо.

Они посмотрели друг на друга.

– Нелл…

Ампелай перевёл взгляд на дорогу.

– Как звучит ваше имя полностью?

– Корнелия…

Нелл лукаво улыбнулась.

– Не называйте меня «Корнелия»!

– Почему?

Улыбка на его губах.

– Не люблю!

– Имя?

– Когда называют «Корнелия».

Он вновь посмотрел на неё – его глаза сияли.

– Почему?!

– Это имя святой, а я не люблю святых!

Ампелай удивился.

– За что?

Нелл вспомнила «Я вижу застывающую тень –

Моё в воде весенней отраженье

Тебя мне очень жалко, тень моя

Но ведь и я достоин сожаленья»

– Мне кажется, что они достойны сожаленья. – Сказала ему, она.

Он тепло посмотрел на неё.

– Вы мне нравитесь!

– Вот так сразу?! – Рассмеялась Нелл.

– Когда боги не любят человека, они пытают его добром, – Вдруг сказал ей Ампелай. – А когда любят – они пытают его любовью!

В машине раздался хлопок, Ампелай схватился за руль, машину повело, но он справился с управлением.

Они остановились.

– Нелл… – Позвал её Ампелай. – Нелл!

– Всё хорошо… – С трудом сказала она. – Ампелай…

Нелл посмотрела на молодого человека.

– Как вы? Ты…

Они посмотрели друг на друга.

– Я?

Он в ужасе рассмеялся.

– Мы чуть не перевернулись…

Нелл тоже засмеялась от шока.

– Нам повезло?

– Нам очень повезло!

– Что случилось?!

– Колесо отлетело…

Она захохотала.

– Нелл… – Засмеялся Ампелай. – Нелл!

Ампелай позвонил отцу и объяснил ситуацию, Агап отправил к ним Агейпа.

– Агап, Агейп, Ампелай… – Лукаво улыбнулась Нелл. – Это греческие имена?

– Агап – это Агапайос, – любовь.

Молодой человек заулыбался.

– Агейп – это Агейптос, – возлюбленный.

– А вы?

Она посмотрела ему в глаза, – у него были красивые светло-карие глаза.

– Ты…

– Я – Ампелайос, – виноградная лоза!

Нелл почувствовала боль в ноге, усталость, шок ещё не прошёл.

– «Виноградная лоза», – Задумчиво сказала она. – Красивое имя!

– Вино Жизни!

Ампелай улыбался.

– «Я есмь истинная виноградная лоза, а Отец Мой – виноградарь»!