С другой стороны, может быть, есть какая-то мысль в том, что излишняя забота о Кейси может помешать ее выздоровлению. Можно утверждать, что в наши дни я могу быть немного слишком заботливой.

Кроме того, Кейси и Лукас провели достаточно много времени вместе после нашего возвращения. Вполне возможно, что она доверяет ему какие-то вещи, которыми не хочет делиться со мной. Насколько я знаю, она жаловалась, что старшая сестра создала вокруг нее удушающий кокон.

Прекрасно.

— Скажи что-нибудь. — ЭрДжей читает мое лицо в поисках подсказки о моих намерениях. Это мило, как он обеспокоен.

— У нас все хорошо. Возможно, у меня паранойя. — Чувство, которое вряд ли скоро рассеется. Я не думаю, что оно когда-нибудь исчезнет, предчувствие, которое поднимается из моего подсознания, когда я думаю о Балларде и о том, что он представляет собой сейчас.

Однако эти опасения оправдываются, когда мы едва успеваем выйти с парковки, как нас настигает дурная весть о смертельном враге номер один.

Я замечаю Милу, сидящую на багажнике кабриолета на площадке перед билетными кассами. Она одета в цвета Балларда и повязку с лентой на голове. Наверное, сейчас встречается с футболистом. Или занимается какой-то ерундой в студенческом совете. Раньше она ненавидела это дерьмо про школьный дух, так что я склоняюсь к варианту «она трахается с нападающим».

Я пытаюсь подтолкнуть нас к краю ее периферии, надеясь проскользнуть мимо, пока она отвлекается на импровизированную вечеринку. Ее окружают все, кого я раньше называла своим другом, пока они не сорвали маски, чтобы пощелкать своими вилообразными языками.

— Тебе нужно купить билеты на школьный футбольный матч? — спрашивает ЭрДжей, разглядывая очереди перед билетной кассой. — Слабо.

— Радуйся, что они не берут деньги за парковку, — отвечаю я. Я осторожно направляю наш курс, чтобы дать Миле широкий привал, используя живые щиты, чтобы избежать обнаружения.

— О, черт. — И тут Лукас срывает наше прикрытие. Он подталкивает руку ЭрДжея и кивает ему через плечо. — Идет.

Мы оба поворачиваемся и понимаем, что Мила не только отметила наше прибытие, но у нее еще и компания.

К черту мою жизнь.

— Кто? — спрашивает ЭрДжей, не понимая, что заставило нас вздрогнуть.

Я бы узнала эту вонь старых денег и высокомерия где угодно. — Оливер Драммер.

ЭрДжей смотрит на нас в ожидании более существенного ответа. — Я должен знать это имя?

— Он Дюк в Балларде, — говорит ему Лукас. — Он назначен Богом, насколько это касается его.

— Что это со школами для богатых детей и архаичными структурами власти? — Культурный шок, полученный в подготовительной школе, все еще не прошел для ЭрДжея. — Клянусь, я так близок к тому, чтобы объединиться с вами, засранцы.

Мы в ловушке. Мы медленно идем к неизбежному столкновению, пока Мила не оказывается передо мной.

У нее хватает наглости смотреть на меня. — Боже мой, Слоан. Прошла целая вечность.

Я вскидываю бровь. — Недостаточно долго.

Обращаясь к ЭрДжею, она смеется, как будто она в курсе шутки. — Не слушай ее. Она любит меня.

Это один из ее маленьких талантов. Быть абсолютно невосприимчивой к стервозности других. Как будто ее собственная стервозность настолько яркая, что свет других стерв не может проникнуть в ее роговицу.

— Как скажешь, — легкомысленно отвечает он. ЭрДжей все еще оценивает взаимодействие, смотрит на меня в поисках подсказок.

Возможно, было бы полезно провести для него ознакомительное занятие. Флэш-карты или что-то в этом роде. Это те люди, с которыми не нужно быть вежливым.

— Он милый, Слоан, — говорит Мила, ее глаза сияют. — Где ты его нашла и могу ли я одолжить?

Только через мой труп. Мила и близко не дотронется своими когтями к моему новому парню. Она красивая, мужчины бросаются в лужу ради нее. И она знает, как использовать это оружие. После того, как она предала меня, я мечтала побрить ей голову. Побрить ее на лысо. Я решила сделать ее призраком в надежде, что однажды я смогу случайно пролистать некрологи в метаверсе и узнать, что она умерла жалкой и одинокой.

— Я не совсем свободный, — замечает ЭрДжей, при этом не так уж незаметно переплетая свои пальцы с моими.

Мила замечает, но не успокаивается. — Хочешь сделать аэрографию? — Она показывает ЭрДжею талисман Ballard Bengal на своей лопатке. — Мы продаем их для благотворительности.

— Не, я в порядке, — говорит он.

Оливер замечает, что я наблюдаю за его приближением, и холодная усмешка расправляет складки его темных глаз. Если Мила заметила меня первой, он, несомненно, подошел посмотреть, что за суета. Когда его расчетливый взгляд останавливается на ЭрДжее, я понимаю, что ничего хорошего из этого не выйдет.