Но жаба - олицетворение моей жадности, прямо-таки нашептывала:

— А ты попробуй! Ну, хотя бы подними! Может, все-таки утянешь, а? Ну не бросать же тут добро?

А, черт!

Я все же поддался — подскочил к рюкзакам и схватил один из них.

Ого! Черт возьми! Тяжело. О втором можно даже не думать.

Я попытался хоть как-то закинуть рюкзак себе на плечо, от чего меня тут же перекосило, и побежал, если это вообще можно было назвать бегом, кряхтя под немалым весом, как старый дед.

Донесу ли? Может, бросить?

«Донесешь! — радостно приговаривала мне жаба. — Раз свистнул, то допрешь, куда ты денешься? Костьми ляжешь, но сумку теперь не бросишь».

Это точно. Я такой. Если уж во что-то вцепился — не отдам. Моё!

Обливаясь потом, пыхтя под немалой ношей, но даже не мысля о том, чтобы бросить хотя бы один рюкзак, я дополз до склада. Однако выйти оттуда на улицу нечего было и думать — дверь, через которую я сюда попал, оказалась открыта, и через нее медленно, вальяжно переваливались слепни, останавливались, озирались (или в их случае прислушивались), при этом мешая пройти тем, кто был позади.

А было их, надо сказать, уже немало: только на складе я насчитал почти дюжину. Возле двери стоял еще десяток. А сколько их было снаружи - одному богу известно.

Вот ведь, черт! Теперь этот путь мне закрыт. И куда дальше деваться?

Я обратил внимание на небольшое окошко, расположенное чуть ли не под потолком. Хоть оно и было небольшим, но я через него точно должен был пролезть.

Добраться до него не представляло сложностей — прямо под окном находились ящики, по которым я смогу легко взобраться. А раз так — нечего стоять и сопли жевать.

Я вскарабкался к окну и, открыв его, первым делом выглянул наружу, убедившись, что поблизости нет слепней. Затем швырнул наружу один из рюкзаков. За ним последовал второй.

Очень надеюсь, что я ничего не испорчу, а то будет обидно. Впрочем, портить там особо нечего — банкам пофиг на такое, полуфабрикатам тем более. Конечно, можно бы было побеспокоиться о найденных инъекторах, но они тоже надежно упакованы в собственной коробке. Так что…

Следом за рюкзаками наружу вылез и я.

Попыхтеть, конечно, пришлось, но все же я был на свободе, хотя и пребольно ударился при падении. Но всяко лучше так, чем оставаться в маркете.

На складе уже наверняка не протолкнуться от слепней. Бегать от них среди ящиков было тем еще удовольствием, и от подобных игрищ я был совершенно не в восторге. Тем более, я прекрасно оцениваю свои силы и возможности, а следовательно представляю, чем для меня рано или поздно закончатся подобные «кошки — мышки».

В самом маркете тоже происходил сущий ад — выстрелы, сначала редкие, теперь сменились уже очередями. Причем били несколько стволов из разных частей здания. Это сколько же там людей лазало? Мне, получается, повезло, что я столкнулся всего с двумя? Четырьмя, если быть точным.

— Сфен! Здесь Глаз. Слышишь меня?

Внезапно раздавшийся совсем рядом голос заставил меня подпрыгнуть и начать озираться. Что именно это за голос, до меня дошло лишь тогда, когда некий «Сфен» откликнулся.

— Сфен здесь. Что там?

Черт! Похоже, пока вылезал через окно, умудрился зацепить рацию. Мало того, что автопоиск активных каналов начал, так еще и звук включил.

— Вижу бойца! Вылез из окна склада. Что делать с ним?

Да ведь это же обо мне! Вот блин!!! Где этот «Глаз»? Где засел? Откуда меня видит?

Я начал судорожно вертеть головой, пытаясь отыскать противника.

— Лутер? — тем временем спросил невидимый Сфен.

— Похоже…

— Пусть валит. Какой-то дегенерат стрельбу устроил. Слепни лезут, как будто тут им медом намазано. Мы с Матумбой тоже уходим. Факт у тебя?

— Да.

— Тогда оставайтесь на месте, идем к вам.

— Понял.

Разговоры прекратились. Я же, сообразив, что меня решили не трогать, схватил рюкзаки и тут же дал деру. Если кто-то узнает, что стрельбу начал я, чую, будут у меня проблемы.

Но с другой стороны — а какой у меня был выбор?

К моему огромному счастью, обратный путь был довольно-таки легкий — я даже слепней не встретил. Ну, естественно, они ведь все на стрельбу в маркет поперли. Уверен, даже те, кто в домах кублился, тоже вылезли наружу и почапали в ту сторону.

Кстати, позади, в маркете, стрельба уже не стихала. Похоже, лутеры, забравшиеся внутрь, отчаянно отбивались от толп слепней, либо пытаясь убраться восвояси, либо попросту дорого продавая собственные жизни.