— Профессор Андронников — гуру, — отозвалась девчонка и демонстративно сделала так, как советовала: стала подниматься по трапу, задержав дыхание и втянув живот.

— А это финтифлюшка всегда такая чокнутая, да? — поинтересовался Мичи у парня.

— Это ещё нормально, — вздохнул тот. — Она моя младшая сестра, и у неё в комнате вещи выставлены по определённой схеме относительно сторон света, а ещё она медитирует в многоцветном тюрбане с зажжённой свечой на макушке и обращается к духу профессора Андронникова, которого уже лет пятьдесят как нет в живых. Если бы он не занимался всякой хренью, может, бы и подольше прожил.

Он представился как Грич Гамзо.

— Значит, ты Мастер Материй? — всё удивлялся Мичи, пока мы поднимались по трапу. — А сестра у тебя кто? Целитель?

— Нет, она тоже Мастер Материй, — ответил Грич. — Мы оба Мастера. Я — Алхимик, а она — Инженер.

— Кто — Инженер? Финтифлюшка? Ты издеваешься? — У Мичи челюсть отвисла.

— Слушай, давай ты не будешь её обзывать, — попросил Грич. — Она крутая вообще-то. Вот ты смог бы перестроить этот верхолёт в гигантские часы с кукушкой? А она сможет. И то что она ненормальная… так у всех в голове свои тараканы.

— Или бабочки, — захихикал Мичи, косясь на «финтифлюшку», которая уже проходила внутрь верхолёта.

Я шёл вместе с ними и уже успел подняться почти до середины трапа, но тут увидел, что к школе со стороны деревни несётся верхолёт — серый с оранжевой полосой. На высокой скорости машина подлетела к школьному двору и резко остановилась, окатив выкрашенные статуи божеств пылью.

Глядя на верхолёт, я остановился, и Мичи, шедший позади, врезался в мою спину.

— Ты хоть предупреждай, что собрался тормозить! — толкнул он меня, но быстро проследил за моим взглядом и тоже увидел верхолёт. — О, кто-то уже спёр твою машину…

Из верхолёта выскочила Мидори.

Через плечо она перекинула большую сумку и рванула в нашу сторону.

— Кто это? — уставился на неё Грич.

— Та, кто не даёт некоторым людям спокойно жить, — усмехнулся Мичи, глянув на меня. — Вот мне даже интересно, к кому она прибежала. Ко мне, наверное. Это же я её давний друг.

— Кирилл! — выкрикнула на бегу Мидори. — Кирилл! Подожди!

Мичи закатил глаза.

— Ну конечно. Кому нужен отличный парень Мичи Хегевара?

Мидори всё звала меня, но я даже с места не двинулся, продолжая стоять на середине трапа. Девушка остановилась внизу, у верхолёта, и, запыхавшись, посмотрела на меня, игнорируя всех остальных, даже Мичи.

— Я сказала ей правду! — крикнула она. — Я наконец-то сказала ей правду! Ни разу не соврала!

Девушка стиснула пальцами ремень своей большой сумки, закусив губу и ожидая от меня хоть какой-то реакции.

— Ты так и будешь стоять, как дебил? — Мичи ткнул меня кулаком в плечо.

— Я могу пойти к этой красотке вместо тебя, — сразу же предложил Грич, и по его лицу было непонятно, шутит он или нет.

Продолжая хмуриться, я наконец спустился.

— У меня мало времени.

Мидори закивала.

— Конечно-конечно…

Она сняла сумку с плеча, поставила её на землю у моих ног и расстегнула крепление на замке.

Внутри я увидел кучу бомб-катушек, штук двести точно, самого разного вида: большие и мелкие, цветные и чёрно-белые, с лезвиями, шипами, в виде звёзд и просто гладкие, как шары.

— Это пока что заготовки, я сама их сделала, — сказала девушка. — На них не хватает соляных знаков.

Она смотрела на меня и всё ждала реакции.

— И что? — спросил я почти равнодушно.

Возможно, другой на моём месте сказал бы что-то иное и не с той интонацией, но моя реакция была однозначной — мрачное равнодушие.

— Как — что? Это же бомбы, — ответила Мидори.

В её голосе иссякла надежда, но девушка всё ещё чего-то ждала и не сводила с меня глаз.

— Я ведь из-за мамы… Кирилл… прости. Я не выбирала между тобой и Горо, я выбирала между своим счастьем и счастьем мамы. И выбрала её. Но сегодня утром госпожа Хегевара принесла мне ключи от твоего верхолёта, и я решилась сказать правду, ведь хочу совсем другого, а не того, что могло бы понравиться моей матери. Она была так счастлива, когда узнала, что я согласилась остаться здесь и приняла предложение Горо Исимы. Она так давно не была счастлива…

— А ты?

— А я… нет. И когда ключи от верхолёта оказались у меня в руках… как ключи от неба… то я решила сказать матери, чего хочу на самом деле. Я хочу отправиться в Академию вместе с тобой. Я рассказала маме про всё. Про бомбы, про то, что отец жив, про то, что ненавижу Горо Исиму и его мерзкие руки, которые он постоянно распускает. Я рассказала, что совсем не такая, какой мама привыкла меня видеть. Я не тихая и смиренная, а совсем другая, мне нравится летать на верхолётах и делать бомбы. И ты мне тоже нравишься… я просто боюсь того, какие ощущения ты во мне вызываешь. Но теперь для меня всё поменялось. Мама одобрила всё, что я ей рассказала, она приняла меня и отпустила.