Она нетерпеливо нахмурилась.

— Ты более чем способна защитить себя от любого, кого Уриэль пошлёт против нас. Я говорю о том, чтобы защитить себя от Михаила.

Я начала было протестовать, но тут же замолчала. Мне просто нужно было убедить этих людей в своей некомпетентности. Рейчел уловила одну вещь, из-за которой я могла угодить в ловушку. Хотела я в этом признаться или нет, но инстинктивно я знала, что Михаил был самой большой угрозой для меня, и мне было трудно оставить его в незначительной части моего сознания.

— Тебе здесь нравится, — сказала она, вовсе не спрашивая.

Мне хотелось всё отрицать, но в Рейчел было что-то такое, что мешало мне лгать. Я огляделась, следуя за ней лёгким шагом по просторным коридорам комплекса.

— Это лучше, чем то место, где я жила в прошлом. Учитывая, что там была тюрьма, многое и не требуется, чтобы улучшить ситуацию.

Она не ответила на это.

— И тебе нравится Михаил.

Я прыснула от смеха.

— Хорошо, признаю, что выход из моей первой тюрьмы имеет свои достоинства, но архангел Михаил… это королевская заноза в заднице, которой я нравлюсь ничуть не больше, чем она мне.

Лёгкая улыбка тронула уголки её губ.

— Не стану с этим спорить, — сказала она, и я почувствовала лёгкое разочарование. — Ты замужем за ним, связана с ним. Что ты собираешься делать дальше?

Я даже не колебалась.

— Убегу отсюда. На самом деле я за него не волнуюсь, я не в его вкусе. Кто-то, может даже быть, ты, убедила его, что единственный способ выиграть войну с армией Бога, это сделать меня пушечным мясом. Очень жаль, но это не мой бой.

— Это не я ему сказала. Мои видения редки и далеки друг от друга. Марта единственная, кто видел это. И это не воинство Божье. Бог дал людям свободу воли, а затем оставил всю эту неразбериху на попечение Уриэля, и есть человеческая поговорка: абсолютная власть развращает абсолютно. Небесные армии находятся под его контролем, и именно их мы должны победить.

— Удачи вам, — пробормотала я.

Мы подошли к комнатам Рейчел, и она распахнула двери, затягивая меня внутрь. Её покои разительно отличались от моего спартанского жилища. Гостиная была скудно отделана, но вездесущая белизна исчезла. Одна стена была выкрашена в тёмно-красный китайский цвет, а на чёрном лакированном диване были разбросаны подушки с драгоценными камнями. За ней виднелась огромная кровать, покрытая шёлком.

— Здесь лучше, чем в операционной, где я сплю.

— Ты бы видела, где спит Михаил.

Я напряглась.

— Откуда ты знаешь, что я не видела? И почему ты знаешь, где он спит?

Её смех был низким и удивительно очаровательным.

— Я знаю, что ты не видела, потому что Михаил настаивает, что это брак по протоколу и ничего больше. И я видела его комнату, потому что навещала его вместе с Азазелем после того, как он был ранен во время стычки с Нефилимами.

— Нефилимы? Кто это?

Рейчел вздрогнула.

— Не думаю, что тебе это интересно. На этом континенте их не осталось, так что беспокоиться не о чем.

— Кто сказал, что я останусь на этом континенте?

Она посмотрела на меня, на мгновение замолчав.

— Они чудовища, — сказала она, наконец. — Идём, — она взяла меня за руку и потащила через комнаты во внутренний дворик, указав на удобный с виду шезлонг. — Присаживайся, а я принесу нам что-нибудь выпить. Ты любишь диетическую колу?

— Боже, нет, — я содрогнулась. — И это всё, что вы пьёте? Кроме крови, конечно.

Она покачала головой, вероятно, в ответ на моё легкомысленное замечание.

— Значит, чай со льдом?

— Можешь принести мне диетическую колу. Наверное, мне следует привыкать к этому, — сказала я покорным тоном.

Через мгновение она вернулась с холодной, запотевшей серебряной банкой в руке. Я осторожно отхлебнула пузырящегося напитка, и он показался мне немного вкуснее, чем вчера вечером. Рейчел вытянулась на другом шезлонге, держа в руке банку, и посмотрела на меня своими проницательными глазами.

— Вообще-то, мне нужно поговорить с тобой кое о чём другом, а не о твоих скрытых способностях.

— Значит, Михаил меня подставил, — проворчала я. — Ты не собиралась тренироваться.

Она покачала головой.

— Он не имеет к этому никакого отношения. На самом деле, он будет в ярости, если узнает.

— Ну, я всецело "за" за всё, что его раздражает, — эта мысль меня развеселила. — Так чего же ты хочешь?

— Нам нужно, чтобы Михаил занялся с тобой сексом и выпил твою кровь, а он отказывается.

* * *

МИХАИЛ ОКИНУЛ МЕТАТРОНА ДОЛГИМ ОЦЕНИВАЮЩИМ ВЗГЛЯДОМ. Его новая невеста — Боже, ему ненавистно было думать о ней таким образом, — выглядела мягкой, хрупкой и смущённой, но она только что умудрилась надрать задницу, возможно, самому сильному воину Шеола. Метатрон был огромен — на тридцать сантиметров выше и на сорок пять килограммов тяжелее её, — но она дважды уложила его с обманчивой лёгкостью.