Я это проигнорировала.

Однако Фигран потянулся назад и отдал половину своего печенья, которую не успел съесть. Затем протянул руку ко мне, молча прося добавки.

Сдавшись с раздражённым выдохом, я шлёпнула на его протянутую ладонь уже четыре печеньки с арахисовым маслом. Серьёзно кивнув мне, Фигран аккуратно передал две из них людям на сиденье позади него, затем продолжил жевать те две, что остались в его руке.

Балидор не сказал ни слова с тех пор, как мы забрались в грузовик.

Ну, он не сказал ни слова так, чтобы я это слышала.

Я не сомневался, что он общался со своей подружкой-для-потрахушек через их свет, особенно учитывая то, что он выиграл спор на тему того, надевать ли на его девушку-психопатку ошейник.

Ревик дал им добро снять ошейник… хотя она была телекинетиком и пыталась убить меня в те разы, когда я оказывалась в её присутствии без ошейника.

Ревик наклонился ближе, вручную переключив передачу, и снова стал поглаживать мою ногу. Бросив на меня взгляд, он приподнял бровь, затем стал жестикулировать на языке видящих — легонько и на моих коленях, наверное, чтобы Фигран не увидел.

«Всё хорошо, детка, — показал он. — Я смотрел на её свет раз пятьдесят. И Варлан тоже. И Юми. И двадцать других разведчиков. Даже Тарси высказалась, войдя в глубокий транс, чтобы посмотреть на неё с далекого расстояния. Никто не нашёл ни капли враждебности в адрес кого-либо из нас, и уж тем более какой-либо связи с Дренгами. Похоже, она испытывает искреннее раскаяние».

В ответ на моё изумлённое фырканье и косой взгляд, он улыбнулся, дотронувшись до моего лица.

«Поверь мне, дорогая, — добавил он на языке жестов. — Если она хоть подышит в твою сторону как-то не так, я сверну её чёртову шею».

Я не ответила, на сей раз даже не закатив глаза.

В том, что они с нами, мне было некого винить, кроме самой себя.

Хотя под конец даже Врег согласился, что Четвёрка должна объединиться, так что, возможно, я возлагала на себя слишком много ответственности. Пока мы ещё обсуждали план в командном центре, Врег внезапно перестал настаивать на мерах безопасности и согласился со мной и Ревиком.

— Слушайте, — сказал он после долгого задумчивого молчания. — Может, это безумие, но мне это тоже кажется правильным, — он серьёзно посмотрел на меня своими тёмными глазами. — Может, мне это и не нравится, но я думаю, что ты права, Высокочтимый Мост. Что бы сейчас ни происходило, мы все это чувствуем. Мы все ощущаем, как что-то приближается. Учитывая это, думаю, Четвёрке лучше быть вместе. Думаю, Мосту нужна остальная её команда.

После его слов воцарилась тишина.

Я видела, что Джон смотрел на меня, хмурясь.

Я понимала — ему не нравится идея того, что я отправлюсь куда-либо с Касс. Мне не нужны были мои способности видящей, чтобы видеть это на его лице или в его глазах, когда он наградил Балидора тяжёлым взглядом.

— В любом случае, — сказал Врег, глянув на остальных. — Думаю, вам всё равно нужно сопровождение более крупной группы, Высокочтимый Мост… laoban.

После этого он перевел серьёзный взгляд на Ревика.

— Эти бл*дские награды за её голову — не шутка, брат. Это уже не то же, что и раньше, когда мы думали, что вы сможете проскользнуть незамеченными. Теперь вы уже не можете передвигаться только вдвоём, поскольку половина бл*дского континента охотится за твоей женой… а твоя жена беременна и слепа… а у всех имеется её Барьерная и физическая идентификация.

Повернувшись, он всмотрелся в моё лицо, словно стараясь прочесть, как я воспринимаю его слова.

Затем, резко выдохнув, он посмотрел обратно на Ревика.

— Что бы вы ни решили в отношении Четвёрки, вы не можете отправляться одни. Тут Совет точно проголосует против… и вы сами дали им возможность, предоставив право решать вопросы, касающиеся жизни и безопасности любого из Четвёрки. Это касается и вас двоих.

Нахмурившись, я переглянулась с Ревиком.

Я забыла об этом, но Врег абсолютно прав.

Мы передали Совету такие полномочия через несколько месяцев после Дубая. Я сделала это в попытке спасти жизнь Касс, и при других обстоятельствах сейчас это могло бы показаться забавным.

Я ни разу не подумала о том, что это правило будет применено в отношении жизни Ревика или моей собственной.

Скрестив мускулистые руки на груди, Врег посмотрел на нас обоих.

— Они уже сердятся на вас из-за того, что вы не проконсультировались с ними по поводу того дерьма с сетью Дренгов, — он сделал уклончивый, но в то же время красноречивый жест в пространстве над своей головой. — …Ну, вы поняли. Касаемо Китая. Касаемо того внедрения, из-за которого мы едва не лишились вас обоих.