– Да, спасибо. Вы не могли бы привести Милли? Харрисон кивнул и отправился за кобылой. А когда он появился вновь, Мэри Роуз, спрятав оружие, стояла посреди тропы и пыталась привести в порядок волосы. Он передал ей поводья и хотел было спешиться, чтобы помочь ей взобраться в седло, но девушка опередила его. Она улыбнулась Харрисону и тронула Милли с места. Харрисон снова подивился ее хладнокровию.

– Вы в самом деле в порядке? – снова осведомился он.

– Да. Правда, я не совсем удачно приземлилась. Вы прямо-таки швырнули меня в кусты, Харрисон. В следующий раз просто скомандуйте мне пригнуться.

Харрисон пропустил ее вперед – ему не хотелось, чтобы она видела, как он исследует рану. На рубашке расплылось кровавое пятно. Тем не менее особой боли он не чувствовал и не особенно тревожился, радуясь, что пуля прошла навылет.

Он достал из седельной сумки кожаный жилет и быстро надел его. При этом он не удержался и поморщился от боли. Однако в эту самую секунду Мэри Роуз обернулась в седле, и он вымученно улыбнулся. Харрисон слегка пришпорил Мак-Хью, стремясь догнать девушку.

– Вам холодно? Накиньте одеяло Корри, – предложила девушка.

– Все нормально, – ответил он. – А вы не замерзли?

– Нет, моя одежда высохла. Вы догнали того, кто пытался нас убить?

– Нет. – Харрисон пристально посмотрел на Мэри Роуз. –Вы ведете себя так, словно привыкли к подобным ситуациям. Это правда?

– Нет.

– А тогда почему вы такая спокойная?

– Потому что вы нервничаете.

До этой минуты Харрисон был уверен, что по его виду и голосу нельзя догадаться, насколько он возбужден.

– Вас выдают глаза. Вы просто вне себя от бешенства, что не поймали того мерзавца.

– Он прыгнул в воду со скалы. Надеюсь, он утонул.

– Скорее всего.

– Вы что же, совсем не испугались?

– Отчего же.

– Тогда я вас поздравляю. Вы гораздо лучше умеете скрывать свои чувства, чем я. А я-то считал себя мастером по этой части.

– А для вас это столь важно?

– Да, в зале суда это важно.

Девушка улыбнулась и, протянув руку, похлопала Харрисона по колену.

– Я уверена, что в зале суда вы великолепны.

– Ну вы и штучка, Мэри Роуз.

Девушка не знала, как расценивать слова Макдональда, однако он улыбался, и она все же решила, что это комплимент.

– Кол приучил всех нас всегда быть готовыми к любым сюрпризам, Здесь иначе нельзя.

– Ваши братья, должно быть, уже дома.

– Наверное. Мы будем на ранчо примерно через полчаса.

– Как вы думаете, зачем он это сделал?

– Кто?

– Человек, который пытался нас убить.

– Скорее всего ему нужны были лошади или деньги, а может, и то, и другое.

– Черт побери!

– Перестаньте переживать. Все уже позади. Давайте поговорим о чем-нибудь еще. У меня не идет из головы Корри. Ей ведь пришлось пройти порядочное расстояние, чтобы принести одеяло. И кроме того, для этого понадобилось немалое мужество, не так ли?

– Она принесла одеяло вам, – уточнил Харрисон.

– Вы не знаете этого наверняка.

Харрисон улыбнулся. Он не признался девушке, что видел Корри. – Вы все еще сердитесь, Харрисон.

– Черт возьми, Мэри Роуз, ведь он мог вас убить. Если с вами что-нибудь случится…

Мэри Роуз повернула голову и посмотрела ему в глаза.

– То что? Харрисон вздохнул.

– Ваши братья мне голову оторвут.

– А сказать, что вы будете расстроены и вам будет меня не хватать, вы никак не можете?

– Конечно, мне будет вас не хватать.

Ответ Макдональда доставил девушке огромное удовольствие. Тем не менее она решила сменить тему разговора.

– Пожалуй, я переговорю с Трэвисом. Я не хочу, чтобы он страдал из-за присутствия s доме Элеоноры. С ней я тоже серьезно побеседую. Нечего помыкать моими братьями, словно прислугой. У Трэвиса скоро день рождения. Я подарю ему хороший подарок.

– И когда же?

– Одиннадцатого июля. Я вяжу ему теплый свитер. Думаю, Тревису он очень понравится.

Харрисон не стал спрашивать Мэри Роуз о ее дне рождения – он подозревал, что братья определили его сами, дабы не лишать сестру праздника. Кроме того, он знал, что леди Виктория родилась второго января.

– Второго января.

Харрисон сначала просто ушам не поверил, но тут же решил, что невольно произнес эти слова вслух.

– Что вы сейчас… сказали? – спросил он.

– Мой день рождения – второго января. А почему вы так удивились?

У Харрисона перехватило дыхание. Мозг его лихорадочно работал. Откуда девушке известна истинная дата ее появления на свет?