Тобенгауз умолк, собираясь с мыслями.

И продолжил:

— Некогда здесь схлестнулись четверо Призывателей, Великие Экзорцисты и легендарный отряд воинов-самадхи. Эпичная битва, катастрофичные последствия. На стороне призывателей выступил хтон. Демон наивысшего, шестого ранга. За всю историю человечества подобное случалось лишь однажды. Здесь, в Московии. В двухстах километрах на запад от Неома. Даже совместными усилиями мы не сумели развеять хтона. Только изгнать. Понимаешь? Эта тварь никуда не делась, она сидит в Бездне и ждет своего часа.

— Во что он вселился? — вырвалось у меня.

— В город, — на лице Тобенгауза появилось странное выражение. Благоговейный ужас, смешанный с неприязнью. — Аномалия, именуемая сейчас Невозвратным Градом. Мы изгнали хтона, но его подручные стали возвращаться и возвращаться, захватывая один из островков Славянского моря. Противостояние длится до сих пор. А тогда… Применялись все виды магии. Одаренные ни перед чем не останавливались. Мы пытались топить хтона, жечь огнем, низвергать под землю. Всё это не работало. Призыватели и их ученики тоже отвечали. Результат перед тобой.

Пауза.

— Как-нибудь изучи карту Старой Москвы, — добавил демонолог, отворачиваясь от глобуса. Вращение планеты замедлилось. — Познавательно. Да-с…

Я уставился во тьму за окном.

Похоже, ренегаты Владыки обрели здесь запредельное могущество. И задача, поставленная Нергалом, будет… трудновыполнимой.

Впрочем, у меня нет выбора.

Убийца не прощает тех, кто его ослушался.

И щедро награждает победителей.

— Профессия демонолога сопряжена с опасностью, — Тобенгауз встал рядом со мной и посмотрел в глаза. — Постоянный страх за себя и близких. Схватки с духами в аномалиях. Горе и страдания людей. Кому-то мы помогаем, но порой не справляемся. Демоны умны, хитры, они умеют оперировать колоссальными объемами праны. У тебя есть сестра — она в зоне риска. Любая вещь в твоей квартире может стать одержимой, если ты не позаботился о защите. Помни об этом.

Я не отвожу глаза.

— Хочешь стать одним из нас?

— Не спеши с ответом, — добавил Тобенгауз. — Если ты вступишь в орден, назад дороги не будет. Перекрываются все альтернативные пути развития. Прежде всего — кланы и гильдии. Ты не сможешь сотрудничать с дворянскими родами. Поступление на госслужбу тоже не приветствуется. Школа, академия и орден. Это всё, что у тебя есть.

Да, приятного мало.

С другой стороны…

Демонологи хорошо зарабатывают. Орден не уступает по могуществу и влиянию великим родам, решает любые проблемы.

Главное — сражайся.

И будь готов к страшной смерти.

— Я могу получить титул?

— Безусловно. Правда, ты относишься к первому поколению одаренных. Заслуги перед государством должны быть ОЧЕНЬ весомыми, иначе герб не получить.

— Даже с вашей протекцией?

— Представь себе. Решение принимает специальный комитет, в который входят представители великих родов. Протекция будет плюсом, но это — не гарантия успеха.

А вот вступление в клан — гарантия.

Во всяком случае, шансы здорово повышаются.

— Подумай, — с нажимом произнес Тобенгауз. — Твое решение должно быть сознательным. Присягнув ордену на верность, ты взвалишь на свои плечи непосильный груз. Тебе есть, что терять. Но и даем мы многое. Прямо сейчас наши люди избавляются от трупов, которые ты оставил в «Кулере» и на стройке. Улаживаются вопросы с полицией. Сворачивается расследование по убийству аристократа на Варваринской.

Я вздрогнул.

Похоже, эти ребята знают всё.

— Считай нашу помощь своеобразным авансом, — улыбнулся Тобенгауз. — И демонстрацией возможностей. Орден стоит на страже интересов людей. Мы — сила, мешающая духам прорваться в мир, начать бесконтрольно пожирать прану и сеять хаос. И демонологам многое прощается.

Несколько секунд обдумываю услышанное.

— Как вы узнаете о моем решении?

— С тобой свяжется вербовщик. Мы даем пять дней.

— Хорошо, — я киваю. — Теперь мне надо попасть домой.

— Нет ничего проще. Выйдешь из кабинета — окажешься в своем микрорайоне.

В упор смотрю на мужика, который несет лютую дичь.

— Серьезно? И как вы это организуете?

— Просто сделай, как я говорю.

Вздохнув, я направляюсь к выходу.

— До встречи, Илья.

— Всего доброго, Александр Трифонович.

Открываю дверь кабинета и выхожу… нет, не в коридор с горячей Наташенькой. А в самый настоящий дворик многоквартирного жилого дома. Такое чувство, что окрестности мне знакомы…