— Да это самые тупые птицы. — Вновь влез Пека. — они в брачный период просто по земле друг за другом бегают, подходи да бери.

— А то я не знаю. — Сэм ткнул ножом в прожаренный бок птицы. — Походу готово.

Он внимательно взглянул на девушку.

— Луна, солнце ты наше. Ты тут?

— Что? А. Прости дядя Сэм. Я просто думаю где Распутицу найти.

— А что ее искать? Позавчера я бук свалил, так по пути, в овраге как раз и росла твоя Распутица.

Луна даже вздрогнула и напряглась как готовящаяся взять след гончая.

— Какой овраг? Где?

Сэмвель прикинул направление взглядом.

— Норд-норд-вест.

— А-а?

— Туда. — Уже махнул он рукой. — Пол лиги где-то. Может чуть больше.

Девушка вскочила и рванула с места быстрым шагом.

— Луна, что с тобой? — Влез Дебр. — Ты, что как стрясённая? Пообедай, да иди за своей травой. Не дело, голодной ходить.

— Пап, да я быстро, вы начинайте пока, а Пека мне ножку оставит одну, мне хватит.

— Давай только быстро, одна нога тут, другая там…

— Вот он. — Луна остановилась у небольшого оврага, на краю которого рос старый вяз с открытыми корнями по ободку всей ямы. — А вон и Распутица.

Нужный стебелек рос между двух корней, которые создавали подобие арки, прижавшись к более крупному отростку. Девушка смело пробежала через низину и подобралась к заветному цветку, по пути вытащив нож, чтобы подкапнуть корень.

— Ра-а-а. — Стрелой сбила её тень, мелькнувшая из-под корней.

Л у ну спасло то, что она успела поднять руку и этим блокировала удар в шею. Резко вскочив, она обернулась к противнику, который тоже заканчивал маневр разворота. Напротив, нее стоял волк. Серый, с темной полоской от носа до кончика хвоста, очень худой с облезлой шерстью и тощими прожилками мышц, торчащими из под чуть поросшей кожи, но при этом с прижатыми ушами и оскаленными клыками.

Девушка перевернула нож лезвием вверх и немного присела.

— Запомни, волк всегда будет прыгать тебе в область груди, чтобы схватить за шею, если у него это получиться ты умрёшь. Поэтому при атаке подставляй левую руку в пасть, а ножом в правой руке бей в бок, после первого удара у волка будет болевой шок, и он сожмёт челюсти еще сильнее. Нам это и надо, он не будет перехватываться чтобы укусить шею. Вторым ударом бей ножом в шею, а лучше наноси серию ударов.

Луна вспомнила наставления отца, когда он первый раз взял ее в лес.

— А как же левая рука? Он ведь может ее прокусить, или кости перегрызть.

— Лучше левая рука, чем жизнь. — Потрепал ее по голове Дебр.

Луна сделал пол шага вбок, чтобы видеть нору, откуда выпрыгнул волк. Зверь глухо зарычал, готовясь к прыжку. Травница быстрым движением поправила деревянный наруч на руке, проверив его крепление. Подарок Пеки. Он их сам выточил из старой и очень прочной эдры, год назад. Ей, себе, отцу, Сэму и Грину, после вот такой же стычки с мелкой стаей волков. Тогда ему руку знатно прокусили, и он озадачился, правда в итоге наручи носит только он сам и Луна, взрослые лишь посмеялись, оставляя самодельную защиту дома.

— Ра-а-а-в! — Волк бросился в убийственную атаку.

Сердце Луны ускорило свой темп вбрасывая в кровь нужный гормональный коктейль. Она выставила руку вперед, боясь закрыть глаза и вбила ее аккурат в пасть зверю. Челюсти сомкнулись на деревяшке чуть-чуть не прокусив открытое запястье. Луна тут же ударила со всего маха ножом в бочину, воткнув его полностью до ручки. Волк дернувшись от боли отпустил руку и изогнувшись отпрыгнул от девушки. Нож остался в боку и трепыхался вместе со всем мышечным каркасом зверя. Хищник яростно заскулил, начав вращаться вокруг оси с бешенной скоростью, пытаясь пастью достать нож. А Луна, сделав еще шаг назад достала из заплечной сумки запасной нож и мысленно поблагодарила отца, заставляющего его всегда таскать с собой.

Хищник крутился еще с десяток ударов сердца и наконец просто упал набок тяжело дыша. Девушка сделала к нему шаг, но волк тут же приподнялся на передние лапы и оскалился. Крутанув головой вокруг и убедившись, что волк одиночка и другой опасности нет, Луна села на небольшой камень. Ждать пришлось несколько минут, в последний раз тяжело вздохнув хищник закрыл глаза и умер. Луна подобрала длинную ветку и пару раз ткнула волка. Зверь не человек, притворяться не будет и, если живой — огрызнётся. Не огрызнулся. Девушка сделал еще шаг.

Волчица. Это была волчица, худая с рассосанными сосками и инстинктом матери. Потому, что в норе откуда она выпрыгнула, где у самого входа, по стечению обстоятельств росла Распутица сидели три маленьких волчонка. Они жалобно поскуливали и переминались на лапках не зная, что им делать.

Луна перехватила нож и застыла в нерешительности. Совсем маленькие, беззащитные, ничего не могущие ей противопоставить, три комочка шерсти. Слезы сами навернулись на глаза девушки.

— Боги всеведущие и всезнающие. Ведущие нашу жизнь по наставлению своему, но дающие нам право выбора в пути нашем. Простите меня за грех, взятый на душу убийством матери и оставлением ее детей сиротами…