Как выяснилось позднее, её тело доставили на вершину горы Синай, где спустя три века её чудесным образом обнаружили монахи, случайно оказавшиеся в нужном месте. На самом деле, не случайно, а следуя видению, то бишь коллективной галлюцинации. Труп опознали по кольцу, которое ранее в глаза не видели и видеть не могли, ведь фотография в те времена была не очень, даже более того, очень не развита, а дело с Екатериной происходило за три века до обнаружения трупа. Арким уже достаточно пожил, чтобы знать, что происходит с хоть сколько святым трупом за три века лежания на свежем воздухе. Тем более учитывая тот факт, что за три века на Синае прошли сотни песчаных бурь, которое стирают камни в пыль. Но это было не сильно важно, христианский фэнтези-сеттинг позволял и не такие логические допущения.

Далее, монахи обошлись с чудом уцелевшим трупом очень гуманно: они порубили его на части и распространили по всему свету в ковчегах.

У Карла Мартелла с собой частички святой не было, поэтому он не мог соорудить тут полноценную церковь, решив обойтись каменной часовней. Это необязательное требование, но желательное, раз событие достаточно знаковое.

Часовню построили за неделю, в течение которой Арким учил франкский язык, слушая окружающих, а Мартелл праздновал победу, хотя мог послушать советы Аркима и догнать арабов, чтобы отбить у них желание повторять вторжение. Увы, Карл его не послушал, предпочтя справить религиозные мероприятия и вернуться к делам франкским, ведь ему нужно было объединить всё под единую власть, а там уже смотреть, что можно сделать дальше.

Аркиму такой расклад не понравился, ибо он знал, чем закончится история Мартелла. Пипин и Карломан разделят его недокоролевство, замочат его третьего сына, Грифона, а затем доминировать будет Пипин, за выдающуюся стать прозванный Коротким, а после него к власти придёт Карл, за деяния позже прозванный Великим.

В принципе, с последним Арким рассчитывал вести дела, ведь он и сам по себе сможет завоевать огромные пространства, занимавшие почти половину земель канувшей в лету Западной Римской Империи.

«Вот с ним можно будет работать», – подумал Арким. – «Мартелл мне что-то не особо нравится, себе на уме типчик».

– Сим посвящаю эту часовню Святой Екатерине, покровительнице солдат, – торжественно провозгласил Карл Мартелл во время открытия часовни. – Fierbois, так отныне она будет именоваться!

Арким в происходящее вникал не особо сильно, это была обычная мракобесская процедура, надо было просто подождать.

– Ex-voto [2] , оставляю этот меч в качестве символа завершения моего обета победы над сарацинами! – Карл Мартелл извлёк Арким из ножен и воткнул его за алтарём.

«Эй, ты что творишь, Карл?!» – воскликнул Арким недоуменно. – «Нормально же общались!»

– Приор Вегеций, храните эту часовню и не позволяйте сущности меча покидать её границ, – обратился Карл к священнику, смиренно стоящему у алтаря. – Сущность слишком опасна, она соблазняет разумы и вносит в них смуту. Она никогда не должна выбраться отсюда.

– Мы будем хранить этот меч как зеницу ока и не позволим сущности покинуть часовню, – заверил его приор Вегеций.

Из-за алтаря раздался разочарованный вздох.

«Ну, приплыли…» – обречённо подумал Арким.

Арким продолжал находиться в плену у святош.

– Эк подсупонил, ирод хитрожопый, эк подсупонил! – возмущённо вещал он ночами, пугая бдящих священнослужителей в первые годы своего существования узником часовни.

Несущие еженощное бдение священники иногда сходили с ума за время, которое они вынуждены были проводить в компании Аркима, некоторые навсегда уходили из религии, а кто-то многое извлёк из долгих философских бесед, если у Аркима было правильное настроение.

В этот мир он попал в 732 году нашей эры, а именно 10 октября. 17 октября была предварительно возведена часовня, в которой начали нести службу монахи из ближайшего монастыря.

Сначала он пытался договориться по-хорошему. Уговаривал, сулил богатства и могущество…

Но контингент там собирался специфический, высокодуховный, поэтому все посулы и обещания принимал за испытания диавольские.

Но у Аркима было время.

К 1000-му году удалось превратиться из диавольского злокозненного меча в добропорядочный меч, предназначенный для спасителя или спасительницы Франции, так как у него был один специфический план, разработанный им в 791 году, а до этого он просто сводил с ума священнослужителей, развлекаясь так в перерывах между погружениями в сон. Он, можно сказать, набил руку на этом: нестыковочек в местной религии много, а если замешать личные причины ухода в монашество, человеческие комплексы, коими страдают абсолютно все живые люди, то открывалось настоящее французское поле экспериментов.

Самым сложным было ненавязчиво навести очередного приора к мысли, что спасителем может быть не только спаситель, но и спасительница. Шовинистические и женоненавистнические воззрения местных допускали «спасителем Франции» только какого-нибудь мужика, желательно благородного происхождения с длинной вереницей достойных предков, а ещё более желательно кого-нибудь из правящей верхушки, чтобы не дай бог чего не случилось…

Но Арким-то знал, что и среди женщин встречаются настоящие твари, способные безжалостно убивать людей пачками во имя каких-либо патриотических или религиозных идей. Он пожил достаточно, чтобы понимать, что женщины тоже способны на ужасные преступления и не надо винить только мужчин. Надо просто дать им немного возможностей и самые худшие из них превзойдут даже худших из мужчин. Потому что генетика у человечества общая и все получают примерно одинаковый набор генов, некоторые из которых отвечают и за человеческие наклонности в том числе. При этом генетическая лотерея щедро одаривает всех доминантными и рецессивными генами, которые формируют в итоге личность человека, наряду с окружающим миром.