Дыхание сбивалось, и кровь пульсировала во всех точках тела с каждым ударом сердца, что колотилось в груди. Он уже не ощущал мир вокруг.

Скапливалось и волнами накатывало семя в стволе. Резко вбивался, чтобы быстрее закончить эту нелепую встречу.

Кончил со свистом в ушах и рёвом. Не было такого оргазма в его жизни. Чтобы так улетать, чтобы с трудом на ногах устоять.

Не хотелось выходить из гостеприимного лона. Но девчонка замучилась.

Сделал ещё несколько рывков и вышел, освободив свою Лань от гнёта.

Налёт возбуждения и хмель страсти слетали. В нос ударили едкие запахи женских кремов и косметики. Во рту остался противный привкус какого то вазелина. Похоже, Лань он больше целовать не будет.

Рома быстро сорвал окровавленную резинку и сунул себе в карман. Такое известие он Штопору не подарит.

И пора заканчивать с этими клубами.

Мать их.

Они с сюрпризами.

Инга с трудом стояла на ногах. Тихо плакала.

Рома прижал её к себе одной рукой, другой всунул член обратно в джинсы. А он, сука просил добавки, как у подростка.

– Не реви, – шепнул он девушке в раскрасневшееся ушко. – Не брошу. Теперь моей будешь.

Глава 4

Чего только в своей жизни Шиша не делал. В тридцать лет не каждый имел такой послужной список. У него и поножовщина, и мошенничество, уход от налогов и отжатие чужого бизнеса.

Вот только изнасилования не было. Он это призирал, потому что имел к слабому полу слабость и нежное отношение. Благодаря матери, которая скончалась, когда ему было всего десять лет. Благодаря девочке по имени Катя Тугарина, которая однажды не дала ему подсесть на тяжёлые наркотики ещё в школе. Благодаря Анечке и её трепетной любви.

И можно было считать Шишу этаким благородным бандитом, который с дамами обходителен и дружен.

Не со всеми.

Единственная женщина, которая испытала на себе всю его ненависть, была матерью той самой Анечки. Баба была маньячка и калечила родную дочь с редкостным садизмом. Защитить Анечку-солнышко было делом чести. Поэтому маньячка была порезана ножом, ей Рома выколол глаз и сжёг волосы. Тогда ему было семнадцать, случись такая история сейчас, убил бы.

На суде Шиша полностью признал свою вину и сказал, что если его выпустят, он бабу убьёт точно. За это получил приличный срок, потому что уже привлекался за поножовщину и не раз.

А в тюрьме первым делом он наколол свою алюру с подковой. Это его талисман и оберег. Напоминание о том, что когда-то он имел сердце, умел любить, и любовь эта была взаимна.

Он не пытался искать Анечку после отсидки. Он уже был другим человеком и понимал, что жизнь с ним для девушки будет не сахар. А она в тот момент жила с отцом. Который был… Ирония судьбы, отец Анечки служил в Отделе по борьбе с экономическими преступлениями ГУВД. И то, чем Шиша в тот момент занялся, могло навредить семье возлюбленной девчонки.

Школьные воспоминания вообще имели для Ромы необычайную ценность. Тогда он ещё не был зверем, и весь мир ему казался перспективным и радужным.

Но самое прекрасное – это друзья.

Катя Тугарина, дочь бандитского авторитета. Друг детства Никитос Савинов, по кличке Трэш, сын мента. И Анечка, покалеченная душой и телом. Именно воспоминания о школе, в предыдущие годы, не дали Шише окончательно скурвиться

И вот к списку душевных личностей прибавилась девочка Инга, случайно подвернувшаяся Роме в клубе.

Никуда он отпускать её был не намерен. Он должен был убедиться, что изнасилования не было, а просто такая первая встреча вышла.

Неудачная.

В гардеробе Шиша накинул свою кожаную куртку.

Завис неожиданно.

Смотрел, как стройная Инга влезает в чёрное пальто, натягивает на руки гипюровые перчатки. И водружает на искусственные кудри шикарнейшую широкополую чёрную шляпу. Края шляпы скрыли лоб и глаза, остались загадочные губки, что от поцелуев вспухли и покраснели. Их Инга не глядя в зеркало намазала толстым слоем жирного блеска.

У него дар речи пропал, когда он увидел девчонку в таком наряде.

Вот это дама!

Таких у него точно не было.

Уже пропало желание грубо её куда-то тащить. Аккуратно взял её тонкие пальчики и потянул ручку себе под локоть.

Дело шло к полуночи. На улице было сыро, горели фонари, разгоняя кромешную тьму. Весна брала своё. Теперь даже по ночам было достаточно тепло.

Шиша кивнул своему охраннику. Лёша, парень молодой без слов понял, что босс сам за руль сядет.

Они прошли к чёрному внедорожнику. К немецким машинам Шиша относился, как к скотине. Часто гонял и забивал.