До проспекта оставалось немного, Рома обернулся, но всё было чисто. Поэтому он прибавил шаг и уже высмотрел на проспекте, где сновали машины, и было очень светло от уличных фонарей, машину такси. Огибая случайных прохожих, он дотянул Аню до парковки.

Продолжая бдительно оглядываться, Шиша, настороженно, открыл дверь жёлтого авто с шашечками на крыше и запихал Анечку в салон на заднее сидение.

С отвращением посмотрел на её одежду. Ушлёпочная юбка, что торчала из-под тёмного пальто, была той самой, в которой она ходила в школу. Чуть ниже колен. Шерстяные чёрные колготки в катышках и, капец какие уродливые, сапоги с протёртыми носами.

У него денег полные счета! А его маленькое солнце ходит в каких-то страшных обносках.

Он сел рядом с Аней и захлопнул дверь.

– Куда? – спросил щуплый водитель.

Рома не успел открыть рот, как Анечка назвала адрес, тихо всхлипывая.

Родной голосок. Колокольчик прозвенел. Рома чуть не завыл от того, что столько лет прятался от неё и не пытался найти. Надо было быть полным мудаком, чтобы столько лет ей на глаза не появляться.

Идиот!

Как можно было собственноручно уничтожать свою любовь? Когда ещё толком не поговорили, а в нём огонь пылает, чувство трепещет.

Шиша усмехнулся. Посмотрел на профиль Анечки. Чувства навалились такие, что дышать было тяжело. Восхищение горло сковало.

Она ворвалась в его жизнь, сразив наповал. Оказалась в нужный момент в нужном месте! Как двери распахнула в его жизнь, и Шиша, щурился от яркого света, задыхаясь от восторга.

Он знал, что она живёт в этом городе. Но ходит другими путями. Отец почётный мент, она скорей всего училась в университете. Муж? Не известно. Своя личная жизнь. Вот собака была…

Анечка отобрала свою руку у него и повернулась, что бы что-то сказать, но так и замерла, открыв рот.

Она его узнала.

То есть там, в парке, она податливо бежала за ним, потому что считала, что они жертвы. Забралась бесстрашно в такси, а теперь хотела всё высказать незнакомцу. Но узнала…

Она его узнала!

Изменилась Анечка совсем немного. Телом поправилась, ещё эти шмотки уродливые её делали похожей на шатёр. А личико так и осталось детским. В форме сердечка. Глаза большие голубые имели миндалевидную форму. Бесподобные нежные ресницы, как мукой припорошённые, забавно хлопали. Губки тонкие, кожа фарфоровая, и белые локоны коротких волос собраны в хвостик.

Шиша таял. Внутри всё скулило, ныло, рыдало.

Он, конечно, её первым делом приоденет. Потом намекнёт на пластическую операцию, избавит от шрамов. А жить она к нему переезжает немедленно, потому что он совершил ошибку всей своей жизни, не вернувшись к ней после отсидки.

Он мужчина конкретный и резкий. Решения принимал быстро и старался всё выполнить, что задумал.

Теперь он готов был всё исправить.

Даже если Анечка замужем, он её вытащит из семьи. Даже если дети есть, всех забирает к себе. Дом у него охрененно большой, места даже десятку родственников хватит.

Сдерёт с окон эти поганые роллеты, и будет своё солнышко любить при солнечном свете.

А Инга совсем ему не подходит. Она в ближайшее время отправляется в Москву к маме с папой с хорошими отступными.

Планы радовали душу. И только одно им могло помешать…

– Шиша, идиот!!! – заверещала любимая и вдарила ему кулаком по голове.

Сама Анечка может помешать всем его планам.

Глава 3

Анечка жила в хорошем районе города, рядом с центром. В многоэтажке с видом на государственный университет. Ехать далеко не пришлось, можно было бы и пешком пройти, но раз такая ситуация вышла, то прокатились.

Рома расплатился с таксистом и вышел на широкую площадку перед железными дверьми подъезда. Задравши голову, оценил высоту здания.

Было многолюдно и большинство проходящих мимо с Анечкой здоровались, называя её именно «Анечка».

Рома подошёл к ней ближе. Женщина была ниже его ростом, немного, хватило поцеловать в лоб.

Он попытался её обнять, но Аня отшатнулась, выставив руку вперёд, определила дистанцию.

– Рома, ты бандит? – строго посмотрела на него.

– Бизнесмен, – усмехнулся Шиша, без улыбки на неё смотреть не мог.

Он же так был рад, что встретил её!

– Мне не обидно за Бахрю, – призналась Анечка, а сама в большом сожалении покусывала нижнюю губку. Глазки светлые наполнялись слезами.

Белая псина была её. Рома понял по лицу женщины, что боль утраты терзает.

– Она…, – Аня отвернулась и тяжело вздохнула. – Болела. Я не хотела усыплять.

– Твоя собака умерла, как настоящий друг человека. Если честно, меня бы убили, если б не твоя Бахря.

– Да, – согласилась Анечка.

Ветер в эту ночь был тёплый и как никогда ещё в этом году пах весной и желаниями.