– Ох, так мы лопнем. И никакое платье не налезет. По одному по утрам хватит, - затыкая в себе рыбу-обжиралу, сказала я.

Рыба-обжирала - та, что не может насытиться и постоянно в поисках еды.

– Не думаю, что с вашими нервами вам это грозит. По поводу прошедшего концерта.
– Ал посерьёзнел и развернулся ко мне всем корпусом: - То, что сделал Акронхын -недопустимо. И я с ним серьёзно поговорю уже сегодня вечером. Такого больше не повторится. Но ничего менять я не стану, потому что меня устраивает результат.

Я удивлённо вскинула глаза на Ала. Если сначала его слова шли вровень моим ожиданиям, то последняя фраза всё перечеркнула.

Но Ал ещё не всё сказал. Он продолжил:

– В какой-то степени я даже благодарен Акронхыну. Потому что сам никогда бы не пошёл на такое вопиющее нарушение всех правил и здравомыслия. И будь я там, конечно помешал бы его планам. Но всё получилось так, как получилось. И я рад этому.

– Почему? Как вы так можете говорить это? Это же нечестно!

– Потому что, Мелопея, то, что ты входишь в четвёрку лидеров - это честно. Знаешь, что было нечестно? То, что сделала с тобой та гнида, которая подсыпала тебе в костюм яд. То, что из-за этого ты чуть не вылетела с шоу. И то, что из-за этого ты лишилась возможности выступить на первом своём концерте и заработать честно заслуженные высшие баллы!

Вот это было нечестно. А то что ты сейчас догнала лидеров - это честно.

– Нет, это нечестно по отношению к другим, кто хорошо выступил. Их засудили из-за меня, - зло процедила я и отодвинула от себя недопитый морофруззо, который потерял свой вкус и стал горчить.

Я встала:

– Спасибо за поездку и урок. Нам пора возвращаться. И не стоит беспокоиться о морофруззо в наш номер, не надо.

Я вышла из беседки под ветер, который моментально высушивал мои катящиеся из глаз слёзы.

– Мелопея!
– догнал меня дракон.

Он встал передо мной.

– Не плачь, пожалуйста. Не рви мне сердце...

Его палец осторожно убрал слезу, нежно проведя дорожку по щеке.

– Я не прав, прости. Я не хотел тебя так огорчить. Я исправлю ситуацию. Так, чтобы всё было честно, как это важно для тебя. Ты мне веришь? Посмотри на меня, пожалуйста. Мелопея.

Я подняла на Ала взгляд и пропала.

Ветер вокруг нас превращался в смерч. Завывал ураганом, взяв нас в кольцо. Странным образом кружась вокруг, но не касаясь нас. Поднимая с земли песок и мелкие камни. Сходя с ума.

Ладонь Ала так и осталась на моей щеке, и мне казалось, на том месте у меня будет ожог, так горячо я чувствовала её прикосновение.

Ещё миг, и я думала, он потянется ко мне и поцелует.

Не знаю, почему мне на ум пришли такие глупые мысли.

Поймав себя на том, что снова думаю как дурочка, я отстранилась от его руки, разлепила сухие губы и сказала:

– Хорошо, я вам верю.

И в тот же миг, как дракон сам отшатнулся, сходившая с ума стихия вдруг утихомирилась. Ураган прекратился. Песок и камни упали на землю.

А ветер просто стал тем порывистым ветром, что был здесь, как только мы приземлились на плато.

Мы молча дошли до смерча. Ал помог мне забраться в кабину, задержав руку на моей лодыжке - снова ожог!
– и мы полетели домой, к храму сирен.

Ал

Ал назначил встречу с Акронхыном в их святыне - действующем вулкане Аграрте, самом крупном и древнем, в недрах которого, как считалось, живёт их бог, прародитель драконов Драгон.

Здесь же происходила и инициация каждой ступени магии. От того, насколько далеко вниз ты сможешь спуститься, зависит и какой степенью магии ты будешь владеть.

Ал специально ждал Акронхына на границе третьей и четвёртой ступени. Вокруг царило пекло, но Ал легко его сдерживал, тогда как Акронхыну это давалось с трудом. Он был напряжён, пот струился ручьями по его лоснящемуся лицу. И всё, чего ему сейчас хотелось, поскорее закончить разговор и покинуть вулкан, чтобы не показывать свою слабость.

– Акронхын, когда я пришёл к власти три года назад, мы с тобой немного повоевали, доказывая, кто из нас сильнее, и вроде бы пришли к некоей договорённости, не так ли? Или я ошибаюсь?

– К некоторой договорённости пришли, - кивнул Акронхын.

– И я предупредил, любое нарушение условий я посчитаю объявлением войны, и тогда пощады никому не будет.

– Да, а в чём дело?
– пошёл в несознанку Акронхын.
– Кто-то накосячил из моих людей? Скажи, и я всё исправлю. Не будем ссориться по пустякам.