– Надеетесь заснять что-то пикантное?
– кокетливо рассмеялась я.
– Я подумаю.

– Но вот правда, Мелопея, расскажите, о чём думают девушки перед таким важным свиданием? Мне, как мужчине, тоже интересно.

– О, о всяких глупостях, поверьте. Сочетается ли голубой бант на туфлях по тону с резинкой на волосах. Ведь оттенок банта немного зеленее, а резинка немного темнее.

– И всё?
– лицо журналиста разочарованно вытянулось.

– Поверьте, для девушки это очень важно. Вы представьте сколько критических глаз будут меня сегодня рассматривать во всех деталях. Ваша же братия разложит меня сегодня по косточкам.

– Это да. Но вы одеты как-то небрежно, я бы сказал. Непохоже, чтобы вы очень много думали, что вам надеть на эту встречу.

– Это только кажется. Любая кажущаяся небрежность создаётся многими часами подготовки, - авторитетно заверила я журналиста.

– И сколько часов занял у вас этот образ?
– поинтересовался журналист.

– Всё утро, - не моргнув и глазом, соврала я.

– Всё утро?!
– с сомнением переспросил тот и скептически осмотрел меня с головы до ног.

К счастью, мы уже подходили к выходу, и до площадки с гидролётами, где меня ждал Ал, оставалось совсем немного, поэтому журналист выпалил поскорее последний вопрос:

– Чего вы ждёте от свидания с Алом Драконье Сердце?

– Как и все девочки, думаю. Что он влюбится в меня с первого взгляда и выберет своей санорэ, - улыбаясь, как можно шире, воодушевлённо ответила я.

– На этом стоп. Отлично, - сказал журналист оператору. И мне: - Спасибо, Мелопея.

– Каждый выполняет свою работу, - пожала я плечами.

– Дальше мы снимем тебя уже рядом с гидролётом. Потом в кабине пару кадров. А потом последуем за вами уже на своём гидролёте и будем снимать со стороны. И когда вернётесь, ты расскажешь о своих впечатлениях.

– Хорошо, - кивнула я.

Меня попросили немного задержаться у выхода, чтобы дать фору журналистам. Они двинулись к месту встречи, чтобы выставить там камеры. Необходимо поймать нужный ракурс, и прочие их технические штучки, в которых я понимала только в общих чертах.

Когда охрана скомандовала, я пошла за ними навстречу главному дракону. Завидев его фигуру у красно-чёрного гидролёта, сердце скакнуло и сделало кульбит, забившись сильнее.

То ли на Ала подействовало присутствие журналистов, то ли какие-то свои дела, но мне показалось, что он тоже выглядел взволнованным. Хотя, может, это моё волнение видело то, что хотело. В руках он держал вазон с цветами, задекорированный под корзинку.

– Мелопея, - кивнул он мне, когда я подошла.

– Хорошей погоды вам, Ал Драконье Сердце, - кивнула я вежливо и даже попыталась выдавить улыбку на камеру.

Потому что улыбаться мне не хотелось.

– И вам, - тоже посуровел тот и протянул мне букет.

– Спасибо. Кстати, Джина попросила через меня передать вам спасибо за подарок, который вы ей вчера послали, - громко и вежливо улыбаясь, сказала я.

– Ого, - послышалось от оператора и журналиста, снимавших сцену.

Да, я тоже бываю вредной и сделала это специально на камеру. Все хотят шоу - пусть получат шоу.

У дракона свело челюсть, и он долго не мог её расцепить, сверля меня пристальным взглядом. Когда, наконец, смог, холодно сказал:

– Тогда через вас я могу передать и ответ: «Не стоило благодарности». Прошу, Мелопея, в мой гидролёт. Сегодня я дам вам урок.

Почему-то на этом он замолчал. И я вопросительно подняла брови. Но продолжения не последовало.

– Получить урок от того, кто имеет статус Драконье Сердце - дорогого стоит, -согласилась я и пошла в ту сторону, которую мне показали рукой.

Только перед этим повернулась к охране, нашла взглядом Саймона и вручила ему букет.

– Отнесите это на клумбу Мелопеи в ботаническом саду. Этот букет займёт там центральное место и будет сольником в композиции, - на камеру сказала я.

Кажется, дракона снова перекосило. Во всяком случае в серых пепельных глазах стало больше опасного красного.

Я залезла в кабину пилота. Ал пристроился рядом на место второго пилота. Стал на камеру объяснять назначения приборов, стрелок и рычагов.

– А теперь, после теоретической лекции, пора приступить к практике. Поэтому прошу покинуть посторонних кабину пилота и отойти на безопасное расстояние от гидролёта, -сказано было Алом для журналистов.

Нас оставили одних, и двери кабины захлопнулись. Я вдруг почувствовала себя неуютно и не находила смелости посмотреть на дракона. Но чувствовала на себе его прожигающий взгляд.

Какое-то время в воздухе повисло напряжённое молчание.

Поскольку я его не нарушала, дракон сказал: