— Алан, мне всё видно. — Усмехнувшись, я легонько щёлкнула его пальцем по носу. — Будет тебе игра и наказание, но только не сегодня, хорошо?

Супруг тут же расплылся уже во вполне искренней улыбке.

— Тогда чем займёмся? Я узнал, что списки гостей были отправлены для подписания королю. Мне сняли оттиск, и я его принёс. Сейчас он лежит на письменном столе.

Оглянувшись через плечо, я и в самом деле увидела какие-то бумаги. Впрочем, мне не хотелось пока просматривать их, а потому было решено отложить всё на потом.

— Завтра. А сегодня... — Сад за окном неуловимо манил меня. — Поедим, прогуляемся перед сном и ляжем спать. Приказ о переделке соседней комнаты отдан?

Для Алека должны были сделать отдельное жилище. Я не желала каждый вечер и утро спотыкаться о его тело на полу, а ставить в комнате вторую кровать и вовсе считала глупым.

— Да. Но слуги сообщили, что когда вы станете королевой, то вам вообще имеет смысл переехать в другое крыло. Там уже готовят для вас покои. Я лично сходил и посмотрел. Хватит места как Алеку, так и для того, чтобы оборудовать несколько детских, а ещё рабочий кабинет, гостиную, спальню...

Выслушав мужа, я хмыкнула, уловив из его слов главное для себя.

— Ты хочешь не одного ребёнка, Алан? — В моём вопросе прозвучали хитрые нотки.

И эльф сразу смутился, снова напоминая мне себя прежнего, бывшего скромным и запуганным рабом, которого я едва смогла затащить на корабль.

— Я не имею права ничего такого хотеть, да и вообще. — начал было он, снова едва не сползая на колени, но я успела вовремя положить руку ему на лицо, заставив поднять взор.

— А я хочу троих, Алан. Как тебе такой план на жизнь?

В его зелёных глазах вновь засветились незамутнённое счастье и любовь. И я не смогла не рассмеяться, глядя на всё это.

— Да. Для троих в тех комнатах точно хватит места. — пробормотал муж, но мне уже было не до праздных разговоров, потому что в следующее мгновение я приблизилась к нему и нежно поцеловала, заставляя молчать.

— Мы со всем справимся, Алан. Вместе? — И посмотрела ему в глаза.

— Вместе. — выдохнул он, заключая меня в объятия.

— Я люблю тебя, Алан.

— И я люблю тебя, Джина.

Я стоял в красивом белом наряде, глядя на себя в зеркало, и не мог поверить, что это именно я, а моя жизнь в самом деле сложилась именно так, а не иначе. Дорогой костюм из красивой качественной ткани был в достаточной степени простым, но одновременно и очень богатым. Чего только стоили отлитые из чистого золота пуговицы с гербом королевства!

— Ты очень красивый, — с восхищением проговорил Алек, постепенно становящийся всё более и более спокойным, что стоял позади меня и вместе со мной восторгался нарядом. — Не скажу, что это прямо твой цвет, но костюм тебе очень идёт.

— Спасибо. — Кивнул ему я, переключив внимание на него.

Для нашего с Джиной раба, коим он и являлся, тоже пошили весьма красивое облачение, делавшее его ещё соблазнительнее, чем в обычной одежде.

За эти несколько дней Алек так и не успел толком отъесться, чтобы выглядеть более прилично, но подобное совершенно не портило общего вида. Его мешковатая стандартная одежда осталась уже в прошлом, и потому он теперь мог красиво одеваться.

— Джина сказала снять украшения с ушей, — напомнил тот, погладив искусно обрамляющую моё ухо веточку.

— Она сказала снять только ящерку, — возразил я, нащупывая свои каффы.

Казалось, что Алек, в отличие от меня, нисколько не переживал. Хотя, конечно же, с чего ему было трястись, ведь это не он через пару минут собирался выйти к огромной толпе гостей и во всеуслышание клясться в верности, любви и почитании законов королевства.

Тем временем черноволосый эльф довольно корректно оттеснил меня от зеркала и поправил себе волосы, которые Джина буквально вчера ему немного укоротила. Я вздохнул и отошёл в сторону, вытаскивая украшение из уха.

— Надо ещё сходить в оранжереи за букетом, — с новым вздохом посетовал вслух.

В последние два дня, когда начали собираться гости, по дворцу стало практически невозможно ходить. Тут и там постоянно мельтешили разной степени знатности аристократы, и попадаться им на глаза было совсем нежелательно, потому что я всё ещё терялся в их обществе и не знал, как себя следовало вести среди них. Вот Алеку в этом плане было несколько проще, ведь для него все рабские правила продолжали действовать.