Прислонившись спиной к холодной цементной стене, обдумываю услышанное. Неужели это правда?

Вспоминаю вечеринку у Гриффа две недели назад и понимаю… именно в тот вечер я поцеловал Рей, а затем сказал, что это была ошибка. Рейган тогда на меня разозлилась. И что, настолько сильно, чтобы придумать коварный план: снова сойтись со мной, а потом бросить?

Я порвал с ней некрасиво и жестоко. Может, последние две недели быть частью хитроумного замысла? Вполне вероятно. Единственный способ узнать наверняка — спросить Рейган. Она совершенно не умеет врать. Стоит посмотреть ей в глаза, все сразу становится ясно.

Расхаживая по коридору, пытаюсь избавиться от нервного напряжения. Не знаю, что меня сильнее беспокоит: бой через пару часов или возможный обман Рей. Я не могу потерять ее снова. Я только недавно ее вернул, и моя жизнь наконец-то изменилась к лучшему.

Чтобы отвлечься, считаю каждый шаг, пройденный по черным коврам. Тридцать в одну сторону, тридцать обратно. Затем повторяю снова и снова. Это помогает успокоиться, пока дожидаюсь Рейган. Заметив ее, застываю на месте. Она приближается, широко улыбаясь, но по моему хмурому виду понимает: что-то не так.

— Что случилось? — Девушка останавливается и проводит ладонью по моей ноющей груди.

— Значит, у вас с Мойрой был план: мы снова сходимся, а потом ты меня бросаешь, так?

Глаза Рейган становятся большими, и я сразу понимаю — это правда. Твою ж мать. Пытаясь сдержаться и не наговорить лишнего, стискиваю зубы, разворачиваюсь и иду в раздевалку.

— Ноа, подожди! — кричит Рейган мне вслед.

Я продолжаю идти, концентрируя все свое внимание на дыхании, несмотря на жгучую боль в груди.

— Ноа, пожалуйста!

Услышав, что Рейган плачет, замираю на месте. Провожу рукой по волосам, глубоко вдыхаю и поворачиваюсь к ней лицом.

— Мы с Мойрой обсуждали это… но я передумала.

Я смеюсь.

— Ну конечно. Только сейчас мне некогда разбираться. Нужно готовиться.

Мы встречаемся взглядами, и я вижу у Рейган в глазах слезы. Но они ничего не меняют. Пора заняться делом. У меня есть работа, и я не могу позволить себе отвлекаться. Развернувшись, решительно шагаю в сторону раздевалки. Мне нужно выиграть бой. Сейчас это важнее всего. Свернув за угол, слышу, как Рейган кричит:

— Удачи!

***

Оставшиеся несколько часов провожу в специально отведенном для бойцов помещении. Как участнику главного события вечера мне предоставлено личное пространство для ожидания и подготовки. Первый час трачу на разминку: устраиваю бой с тенью, делаю упражнения на растяжку, параллельно слушая, как публика на арене ликует и свистит во время предварительных боев.

Весь следующий час Джимми наращивает темп, мы начинаем отрабатывать приемы в стойке и партере. В какой-то момент мысли начинают разбредаться… я думаю о Рейган, о неопределенности в наших отношениях… Увидев, что я отвлекся, Джимми резко дает мне пощечину.

— Нахрен! Что бы там в твоей башке не вертелось! Не важно. Есть здесь и сейчас. Просто сделай, что должен! — Джимми смотрит мне прямо в глаза, убеждаясь, что я слышу каждое слово. — Это твое время, парень. Ты его заслужил. Поэтому давай, соберись и возьми свое!

Я слышу каждое слово. Полностью концентрируюсь на цели. Перестаю слышать весь фоновый шум и замечать любое движение в комнате. Черт, я едва помню, как официальный наблюдатель пришел посмотреть, как мне бинтуют руки. Время не стоит на месте, и скоро в дверь стучат и объявляют, что осталось пять минут.

Выход в клетку идет в два этапа. Сначала бойца доводят до занавеса, отделяющего закулисье от арены. Процедура формальная, но от того не менее волнительная, чем последующие события. Потом проход от занавеса через толпу к центру действа. В этот момент эмоции просто зашкаливают. Арену освещают лучи прожекторов, музыка эхом отражается от стен и вибрирует под ногами. Фанаты кричат, радуются, протягивают руки, пытаясь схватить и привлечь внимание. Мы останавливаемся у занавеса, и Джимми берет мое лицо в ладони:

— Готов?

Отвечаю, не раздумывая:

— Готов.

Он смотрит мне прямо в глаза:

— Да, ты готов.

Ринг-анонсер выкрикивает мое имя, и домашняя арена «Бостон-гарден» буквально взрывается от рева болельщиков. Региональные и национальные спортивные издания уже несколько недель раздувают ажиотаж вокруг меня — местного аутсайдера, и народ проявляет к моей персоне нешуточный интерес.

Звук включается, и я слышу «Ты готов?..», и знакомые биты группы «D-X» с грохотом разносящейся по залу.