– Сдержи вы тогда слово, я имел бы сейчас уже двенадцатую категорию в нашей службе, а так я в том же ранге, что и семь лет назад. А вы обошлись без всяких неприятностей, правда? Я-то был уверен, что суд обвинит вас в неуважении и выпишет ордер на арест.

Лицо Гарри тоже стало серьезным.

– Покажись я в этом суде, меня увидели бы люди не просто заслуживающие неуважения, а кое-чего гораздо, гораздо хуже. Да и вообще, в конечном итоге оказалось, что министерство юстиции не нуждается в моих услугах.

Он снова сощурился, присматриваясь к Рэйлену Гивенсу, и на этот раз действительно вспомнил, как они ходили по аэропорту Атланты. Воспоминание было крайне смутным, но все-таки он смог сказать:

– Вы, кажется, говорили, что родом из Кентукки?

– Да, сэр. Округ Арлан, на востоке штата.

– И вы не пьете.

– Ну разве что чуть-чуть.

– А я теперь вообще не пью.

– Рад за вас.

– А еще вы говорили, что ваша цель... во всяком случае – в то время, стать акцизным агентом.

– АТО, – подтвердил Рэйлен. – То есть алкоголь, табак и огнестрельное оружие – это акцизный отдел министерства финансов. Я бы и сейчас не против.

– Видишь? – Гарри взглянул на Джойс. – Он хочет мешать людям пить и курить.

– Вот так вы и сказали тогда в Атланте. – Рэйлен снова улыбнулся. – А я ответил вам – нет, АТО занимается только людьми, которые торгуют этими вещами незаконно. – Он тоже взглянул на Джойс: – Пока мы летели, он все пытался заставить меня выпить.

– Вы разрешите, Рэймонд, задать вам вопрос...

– Рэйлен, – сказал Рэйлен и повторил по буквам: – Р-Э-Й-Л-Е-Н.

– Верно, Рэйлен. Можно мне спросить, в чем конкретно состоят ваши обязанности?

– Ну, мы охраняем федеральных заключенных, организуем их транспортировку. Обеспечиваем безопасность судебных заседаний – самое, на мой взгляд, противное дело. Занимаемся конфискованной собственностью.

– Я хотел спросить, каковы ваши обязанности в моем случае, – пояснил Гарри. – Я же не заключенный.

– Нет, – согласился Рэйлен, – однако вас, скорее всего, вызовут в большое жюри. Мы обязаны проследить, чтобы с вами ничего не случилось. Ничего такого, что помешало бы вам явиться.

– А если я не хочу этой защиты? Вопрос чисто теоретический, – добавил Гарри, увидев появившееся на лице Рэйлена недоумение. – Я просто не совсем понимаю, как это соотносится с моими правами.

– Вас что, нервирует наше присутствие? В этот вопрос лучше было бы не вдаваться.

– Ладно, забудем, – покачал головой Гарри.

– Вообще-то мы можем держаться в тени, не очень мозолить глаза, – сказал Рэйлен. – Только вот... мистер Арно, не могли бы вы оказать нам большую услугу? Не уходите никуда ночью, хорошо? А если вам захочется сходить куда-нибудь в течение дня – скажите, мы вас отвезем.

– Это для моей безопасности? – поинтересовался Гарри.

– Да, сэр.

– Или чтобы я не сбежал?

– Сейчас совсем иное дело, чем в тот раз, – очень серьезно ответил Рэйлен. – Нарушив условия освобождения под залог, вы автоматически станете лицом, уклоняющимся от суда, и на вас будет объявлен розыск.

– Об этом я как-то не подумал.

Рэйлена такой ответ, по всей видимости, удовлетворил.

А вот Джойс поглядела на Гарри с большим сомнением.

И снова он торчал у окна, на том же самом месте, где провел добрую половину дня; Джойс посматривала на него из кухни. Закончив вытирать тарелки, она подошла к Гарри, положила руку ему на плечо и встала рядом.

– Он еще там?

– В парке, снова покупает мороженое. Сотрудник маршальской службы США обожает мороженое. Ты слыхала, как он произнес, из какого он округа? Так говорят южане. Не во Флориде, я имею в виду настоящий Юг [11] .

– Я слышала про округ Арлан, – сказала Джойс. – И знаешь, что мне кажется?

– Скажи.

– Он не совсем такой дурак, как тебе бы хотелось.

– Извини, я совсем забыл, что ты тоже из этих мест. Нэшвилл, верно? И вы, тамошние, стараетесь поддерживать друг друга.

– Когда мы уехали оттуда, мне было два года.

– Оно конечно, – сказал Гарри, – но ведь это дело прилипчивое, если уж оказался частью какого-нибудь «все мы оттуда», остаешься им до гробовой доски. Ты только погляди, как он лижет свой стаканчик.

Когда они молчали, в комнате наступала тишина и становились слышны звуки, доносящиеся снаружи. Машина, трогающаяся с места, громкий разговор. На пляже фотограф со своей командой снимал манекенщицу весом не больше девяноста фунтов, одетую в пляжный халат. Девочка лет пятнадцати – шестнадцати. Сейчас фотомоделями стали дети. Джойс заключила на зиму контракты по трем каталогам и почти договорилась для каталога нижнего женского белья сниматься в одежде для аэробики. Она выглядела неплохо, пока не снимала чулки, скрывавшие появившиеся уже на ногах шишки и жгуты вен. Гарри она не стеснялась.