Шрифт:
Сад я нашла быстро. Но вот с обувью была проблема. Притом те, кто был одет так же как я, справлялись с ней легко. Я почти не ощущала это приспособление на ногах. И мне все время казалось, что я в снегоступах. Идти пришлось очень медленно, и стараться не задирать слишком высоко ноги. К тому же они все время пытались соскочить с ноги. В саду почти никого не было, и я с облегчением дошла и уселась на скамью, сняв и положив обувь рядом. Интересно, сколько я должна тут "гулять"? Может быть, просто посидеть тут. Доктор не узнает, что я сидела, а не ходила? И зачем меня выгонять из палаты было? Как сложно тут все устроено.
Раздумывая над этим, я даже не заметила, что ко мне подошли.
– Привет!
Рядом со мной стоял тот парень, Кайс.
– Я заходил в палату, но тебя там не было. Эйнар сказал, что ты, наверное, здесь, - и улыбнулся.
Наверное? Он же точно знал, что я здесь. Разве не доктор меня сюда отправил?
– Можно?
– и указал на скамью рядом со мной.
Я кивнула, хотя не поняла, почему он спросил. Если он хочет сесть, зачем спрашивать, можно ли сесть на общую скамью? Разве она какая-то особенная?
– Как ты себя чувствуешь?
– Хорошо, - и немного подумав, добавила: - Спасибо.
– Тебе понравились цветы?
Я огляделась, не понимая, о каких цветах он спрашивает. Здесь их было довольно много.
– Наверное, не нужно было их посылать, - он говорил немного запинаясь.
– Мы практически незнакомы...
– Меня зовут Эмма.
Что значит "посылать цветы"? Нужно спросить у старшей. С цветами что-то слишком много непонятных мне тонкостей. Все о них говорят и, оказывается, даже "посылают". Наверное, я тоже должна что-то говорить о них и "посылать"? Но сейчас я понятия не имела, что нужно сказать! Осторожно взглянув на Кайса, я надеялась разобраться, какого ответа он ждет. Но, кажется, он ничего не ждал. Просто смотрел на меня. И очень странно. Совсем как тогда, когда держал меня на руках на полу в коридоре.
– Эмма, - медленно произнес он.
– Как красиво.
Я посмотрела себе за спину, подумав, что он увидел там что-то. Но ничего нового там не появилось. И красивого тоже. То есть тут вообще было красиво - деревья, кусты, трава. Но о чем именно он говорил, я не понимала.
– Прости, я смутил тебя.
Смутил? Почему? Не то, что я не знала, что это такое. Однажды мне было очень стыдно. Еще во время обучения, на тренировке я провалилась под лед, и группа задержалась, сначала вытаскивая меня, а потом потому, что я не могла двигаться быстрее в обледеневшей одежде. Из-за моей невнимательности мы сильно задержались. Было очень стыдно за то, что так подвела группу. Когда наставники ругали, тоже стыдно бывало. О чем же он говорит сейчас?
– Кстати, я Кайс!
– Я знаю.
– Правда?
– почему-то обрадовался он.
– Доктор, - напомнила я ему о том, что они называли друг друга по имени.
– А, да, - теперь он выглядел чем-то расстроенным.
Заговорив о докторе, я вспомнила, что у него была моя сумка, когда я видела его в последний раз. Это нормально? Спросить о ней сейчас? Я решила, что можно, ведь он сам говорил, что принес ее, тогда, в операционной.
– Моя сумка, она все еще у тебя?
– Я оставил ее в твоей палате.
Услышав это, я тут же встала и хотела пойти в палату, но вовремя вспомнила о распоряжении доктора и уселась обратно. Кайс смотрел удивленно, а потом перевел взгляд на мои ноги.
– Почему ты босиком?
Ох! Я совсем забыла! Он увидел мою обувь, лежащую рядом, и взял ее.
– Почему такие огромные? Тебе, наверное, нелегко было в них досюда дойти?
– посмотрев на мои босые ноги, он спросил: - Можно?
Я кивнула, на всякий случай, внимательно наблюдая за ним. Он присел передо мной, а потом осторожно взял мою ногу и надел на нее обувь. Кайс так невесомо касался моей ноги, что мне стало немного щекотно. Но я все вытерпела. Потом он что-то нажал, и тканевая часть сжалась, плотно облегая носок. Тоже он проделал со второй ногой. Так было гораздо удобней!
– Может быть, пройдемся? Если ты хорошо себя чувствуешь!
– поспешно добавил он, глядя на меня снизу вверх.
Я согласно кивнула. Теперь доктор не сможет сказать, что я не гуляла!
Мы медленно пошли по дорожке сада. Я старалась не сбиваться с неторопливого передвижения, так ходить было непривычно.
– Эйнар говорит, что ты сможешь пойти домой уже завтра.
– Правда?
Это была хорошая новость. На целый день меньше, чем мы рассчитывали. Он, кажется, заметил, что я обрадовалась:
– Тебе скучно здесь?
– и улыбнулся.
Скучно? Скорее непонятно и от этого тревожно. Все время что-то происходит, и я почти ничего не понимаю.
– Нет, - все-таки ответила я максимально честно.
– Если ты не против, - он замолчал и искоса посмотрел на меня, - я встречу тебя завтра?
– Зачем?
– Помогу добраться до дома. Или тебя кто-то заберет? Твоя семья?
– Нет.
– Тогда, может быть, - он почему-то слегка запнулся.
– Твой - парень?
Я совсем перестала что-либо понимать. Что это значит? Я не знала никаких парней! Что значит - "твой парень"? Разве они чьи-то? И зачем помогать мне ехать до казармы? Я сама знаю, как туда можно добраться. А управлять перемещателем может и ребенок.