Они смотрели на нее, а она — на них. Они по очереди начинали светиться, а она, подняв руку вверх, пыталась выстроить купол и изолировать эпицентр от всего остального Мира.

Айя, сначала, не придала значение тому, что увидела в небе. Всего лишь точка. Маленький военный корабль. Но когда она взглянула на него во второй раз, поняла, что этот корабль слишком быстро приближается к ней.

— Только не открывайте огонь… Амир… Не открывайте огонь…

***

Конечно же, Бронан не знал, что внизу уже никого нет. И, безусловно, он не мог предугадать последствия своего поступка. Он видел лишь толпу фантомов. Он знал, что друзья не смогут убить все эти оболочки. Бронан не задумывался над верностью принятого решения. Он просто начал стрелять.

***

Вспышка света — и Террей закрыл глаза. Быть готовым к смерти и умирать — не одно и то же. Террей никогда не погибал. И никогда прежде не расставался с Йори. Одно цепляется за другое. Вместе со смертью приходит и расставание. Жаль? Наверное, жаль. Террей почувствовал, как кожа его начинает плавиться. Он закричал, но разве кто-нибудь мог его услышать? Никто не услышит… Никто не придет за ним…

***

Они не услышали грохота, разрывающего окружающее пространство своей мощью. Они не увидели столб газа, что разошелся по сторонам и заискрился в атмосфере. Все они стояли в ангаре военного комплекса и смотрели на Райвена, который резко оборвал свою гневную речь, общаясь с Центром по сети.

Йори не сразу осознал, что чувствует себя как-то не так. Словно, он потерял что-то. И стало так легко… Он посмотрел на Кимао, пытаясь разгадать загадку этого нового чувства. Внутренняя свобода и какое-то опустошение. Йори продолжал смотреть на зрячего, и удивление на его лице медленно сменяла гримаса ужаса. Разве мог когда-нибудь Йори подумать о том, что, утратив связь с матриати, потеряет, на самом деле, все? Опустошение внутри заполнилось другими эмоциями. Словно масляная пленка, стелющаяся по чистой воде, они травили все, с чем соприкасались. Йори прикрыл ладонью рот и отвернулся от остальных.

— Юга… Нет… — произнес Кимао, бросаясь к нему.

Крик зрячего нельзя было заглушить. Он орал, словно раненый и погибающий в неволе зверь, не понимая, почему все еще продолжает существовать здесь. Он оставил его. Он отвернулся от него и ушел. Потому что хотел увидеть эпицентр. Потому что Знание казалось ему более важным, чем безопасность матриати.

— Что случилось? — прошептала Данфейт, глядя на Орайю и желая всем сердцем, чтобы он соврал ей.

Она поняла. Не понять было просто невозможно. Террей. Террея больше нет. Нет здесь и, возможно, нет и там.

— Юга, — прошептала Дани, роняя на пол свой пистолет и прикрывая ладонью глаза. — Юга… Нет…

— Твою мать… — произнес Райвен, глядя на всех остальных. — Она не смогла локализовать взрыв…

— Что? — не поняла Айрин, подходя к нему и заглядывая в ярко-синие глаза. — Что ты сказал? — повторила Айрин, хватая его за грудки.

— Взрыв произошел раньше, чем должен был, — прошептал Райвен.

— Что значит «раньше»? Где остальные?! Вы связались с ними?! — сорвалась в крик Айрин.

— Я не знаю… — Райвен отнял ее руки от своей груди и отвернулся. — Я больше ничего не знаю…

— Полковник Осбри, сэр, — обратился к Райвену один из капитанов.

— Докладывайте!

— Майор Паттерсон просил вас срочно подойти в санчасть номер три.

— Позже…

— Майор Паттерсон сказал, что дело касается вашей подопечной.

Райвен посмотрел на Паолу и прищурился.

— А я предупреждала… — ответила сестра. — Но разве ты меня слушал?

Глава 11

Тринадцать лет назад. Сатрион.

Айя бежала вперед, сбивая ноги о камни в кровь. Там, сквозь дым и пыль, поднятую в воздух странными летающими машинами, она пыталась отыскать глазами своих близких. Кто-то толкнул ее в бок, и Айя упала на землю, распластавшись и поднимаясь на ноги вновь.

— Мама! Папа! Оттери! — кричала она, но тоненький детский голосок таял в общем гуле двигателей и криков людей.

Все смешалось в общую массу черных фигур, нападающих на беззащитных жителей маленького поселения и тех, кто пытался им противостоять.

Айя увидела отца, протягивающего руку к одному из людей в черном. Поток воздуха устремился вперед, отрывая заблудшего от земли и унося его прочь в другую сторону.

Айя побежала к отцу, выкрикивая его имя, но чьи-то руки перехватили ее на полпути и зажали рот. Айя начала вырываться, перебирая ногами в воздухе и смешивая его с пылью. Ее руки вцепились в черные рукава, разрывая плотную ткань и оставляя ссадины на темной коже нападавшего.

— Cexture! — донеслось до ее ушей, и толстая мужская рука сдавила шею.