Уже начав молиться, она, однако, в испуге одумалась. Не захочет Бог оживить одного, ибо немедленно все смертные возжелают того же. Да и что получится, если сжалится Бог надо мной и Александр Сергеевич оживет, то есть превратится в телесного мужчину? Тогда ведь и вовсе контроля над ним не будет. Все-таки натура его известна. Как все живые мужики, поволочится за первой встречной юбкой. А мне станет врать или вообще исчезнет из дому, так что не дождешься. Нет уж, пускай остается фанерным, зато верным мне до гробовой доски. А обнять его я и сама могу, руки не отсохнут.

Она вышла из церкви, не домолившись. Из-за этого Пушкин не ожил.

Порой Диане казалось, что она вот-вот забеременеет от него или даже уже беременна, уже животик появился, кто-то топнул в нем ножкой, скоро рожать, а там мальчик пойдет в школу, -- ее и Пушкина сын. Но как она ни убеждала себя, беременности не получилось.

– - Тамар, -- сказала Диана шепотом, когда они остались вдвоем между экскурсиями.
– - Поклянись матерью, что никому не скажешь!

– - Ты чего это?
– - удивилась Тамара и с подозрением глянула на нее.
– Банк грабить собралась?

– - Хуже, -- Диана еще понизила голос.
– - Мне срочно забеременеть надо.

– - Вот те на!.. Ты что, мать моя, рехнулась? Все дрожат, чтобы не влипнуть, а ты наоборот. Прямо по твоему любимому поэту:

Берегитесь -- может быть,

Это новая Диана

Притаила нежну страсть -

И стыдливыми глазами

Ищет робко между вами,

Кто бы ей помог упасть.

– - А кто бы помог?
– - Диана зацепилась за строку.

– - Я что -- сводня? Вон -- кобелей вокруг тьма тьмущая.

– - Да разве это мужики? Ни энергии, ни души. Ни дом построить, ни бабу соблазнить.

– - А ты чего хочешь? Какая жизнь, такие и мужики...

– - Вот и я о том же! Только он личность.

– - Кто?

– - Пушкин.

– - Ой, бабоньки, не могу больше!
– - заголосила Тамара, хотя в комнате никого не было.
– - Вот и беременей от Пушкина.

В глазах у Дианы стояли слезы. Тамара погладила ее по руке, взяла за плечи, встряхнула.

– - Ты вообще-то, Моргалкина, дурачишься или как? Если серьезно, то бери любого.

– - Любого? Может, поговоришь со своим Антоном? Он не согласится? Один раз только...

Тамара губу прикусила.

– - Нет, ты просто рехнулась! Вы только подумайте?! А меня куда? В мусоропровод спустить?

– - Не пугайся, я ведь только спросила, -- замахала на нее руками Диана.

– - И потом, мужик мой слишком ленивый, -- миролюбивей добавила Тамара.
– - Я и сама-то Светланку на третий год еле-еле зачала.

– - Кто бы помог?
– - зациклилась Диана.
– - Если очень серьезно...

– - Если очень, то все равно не на улице же! А Тодд твой пропадает без толку? Какой-никакой, а все ж американец. И хоть знаешь человека.

– - Я его отшила.

– - Ну и что? Обратно пришей. Это ж идеальный вариант! Только не будь полной идиоткой и не ляпни ему, что рвешься забеременеть. От такого светлого будущего любой нормальный мужик мгновенно испарится, только его и видели. Перетрахайся с ним, он уедет в свою Америку, и дело с концом. А будет сопротивляться, напои.

– - Зачем?

– - Пьяный мужик на это всегда готов, как юный пионер. Звони ему...

– - Страшно...

– - Страшно, когда тебя насилуют. А тут... Слушай, -- Тамара сжала ее плечо.
– - А что если он тебя в Америку возьмет? Дурой будешь, если откажешься.

– - Как же я Пушкина оставлю?

– - Нет, душа моя, по тебе психушка тоскует. Лучше от тебя держаться подальше...

Через знакомых в университете Моргалкина нашла телефон общежития легко и оставила просьбу позвонить в Музей Пушкина. Тодд перезвонил. Но чтобы прийти с ним домой, надо было посоветоваться с Пушкиным. Он по женщинам легко бегал -- почему же ей один раз нельзя?

Вечером она вошла в комнату и первым делом его спросила. Пушкин молчал, только смотрел на нее. Наверное, растерялся. Думал и не знал, что ответить.

– - Но ведь ты сам был гуляка!
– - настаивала Диана.
– - А теперь эмансипация полная. Тодд говорит, что ты всегда был феминистом. Люблю-то я тебя, он просто донор, понимаешь? До-нор, по-французски le donneur...

Пушкин еще немного подумал и разрешил. Диана поцеловала его в щеку и убежала.

10.

– - Наконец-то мужика привела!
– - громко, ни к кому не обращаясь, изрекла соседка, идя на кухню.
– - Может, он тебя нормальной сделает...