По дороге домой я прохожу мимо дома Рут. Везде темно, не считая ландшафтного освещения и небольшого света от лампы в окне Далилы.

Взяв несколько маленьких камней возле кустов на углу дома, я бросаю один в стекло. Затем второй. После пяти камней шторы раздвигаются, и Далила подходит к окну.

Подняв створку, она опирается локтями на подоконник.

— Ты знаешь, что ужасно старомоден? Ты мог бы, например, набрать меня, или написать сообщение, или позвонить в дверь. Ты думаешь, это какой-то фильм восьмидесятых?

— Текстовые сообщения переоценены, — говорю я. — И звонить в дверь после восьми часов в Лагуна-Палмс запрещено, кроме случаев крайней необходимости.

Далила закатывает глаза.

— С каких пор тебя начали заботить правила?

— Выходи. — Я игнорирую ее вопрос.

— Прямо сейчас?

— Ага. — Я пожимаю плечами. — На улице хорошо. У меня есть желание поплавать, но я не хочу это делать в одиночестве.

Она смотрит вниз.

— Я в пижаме.

— Переоденься.

— Не сегодня. — Далила заправляет волосы за уши. — Я устала, и скоро буду ложиться спать.

Я уверен, если бы мне не мешало это проклятое окно, и я мог бы дотронуться до ее лица или провести пальцами по волосам или поцеловать в губы, она бы согласилась ровно через две секунды. Все, что мне нужно сделать — это прикоснуться к Далиле, и она моя. Вот так просто.

Черт. Возможно, я и в правду колдун.

— Ну, если передумаешь, я буду плавать рядом, — говорю я. — И уверен, что ты передумаешь, потому что только что я наложил на тебя заклинание, изменяющее разум.

Она тихо смеется.

— М-м-м, хм.

— Но если ты решишь поплавать со мной, то должна знать, что у меня есть одно правило.

— И какое же? — спрашивает она.

— Никаких купальников, — заявляю я. — Мы — заведение-только-для-купания-нагишом.

На лице Далилы появляется отвращение, она закатывает глаза и поднимает руки к створке, чтобы опустить ее.

— Спокойной ночи, де ла Круз. — Она хлопает окном и задергивает шторы.

Она придет через десять минут.

Я уверен.

Далила

Я прохожу между домами Рут и Зейна, и трава щекочет пальцы моих ног. Я одета только в белое бикини, которое, вероятно, было не лучшим выбором для того чтобы, остаться незамеченной, но я пытаюсь отойти от чего-то, отдаленно напоминающего строгую учительницу.

Открывая калитку на заднем дворе Зейна, я слышу шумный всплеск и брызги воды и вижу, как он плавает.

Подойдя к бассейну, я сажусь и опускаю ноги в воду.

Минуту спустя Зейн достигает противоположной стороны бассейна, хватается за бортик и вытирает воду с лица ладонью своей огромной руки.

— Привет. — Он улыбается, и его взгляд сосредотачивается на мне. — Я знал, что ты придешь.

— Да, да.

Он может думать, что это он является причиной, по которой я здесь, но на самом деле он должен благодарить Дафну. Ее слова крутились в моей голове весь вечер: «Ничего удивительного не произойдет, если ты будешь сидеть дома». Она — причина, по которой я здесь.

Зейн подплывает ко мне, кладет руки на мои бедра, и я сквозь воду вижу на нем пляжные шорты цвета морской волны.

— Ты плаваешь в шортах, — говорю я.

Он смеется.

— Я не собирался плавать голым один. Это в некотором смысле странно, не правда ли?

— Все в тебе немного странно.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что ты бросаешь камешки в мое окно…

— Это не странно, это мило, — защищается он.

— Зависит от того, как на это посмотреть.

— Раздевайся и иди сюда, чтобы я мог разобраться с тобой, — приказывает он.

— А если я этого не сделаю?

Зейн стягивает меня в воду, и я ногами обхватываю его талию. Мои руки автоматически ложатся на его плечи, и я улыбаюсь, словно какая-то глупая идиотка, которая решила рискнуть своим сердцем, несмотря на то, что все понимает своей головой.

Зейн тянет за завязки, и верх моего купальника падает в воду и уплывает. Затем снимает мои трусики, и я полностью обнажаюсь, окутанная только теплой соленой водой и интенсивным жаром его тела.