— Мной заинтересовался один род, — для начала выдал я, внимательно отслеживая реакцию.

Зак улыбнулся. Неприятно улыбнулся. Так улыбается охотник, увидев, что жертва попала в капкан.

— Что за род?

Хмыкнул:

— Так я тебе сразу и сказал.

Он, ожидаемо, не обиделся. Вопрос на дурака, так сказать, ответа он точно не ждал, спросил по привычке.

— Заинтересовались насколько? — продолжил он.

— Недостаточно, чтобы вытащить отсюда, — признал я сразу.

Кивок Зака показал, что ответ лишь подтвердил его соображения.

— Но достаточно, чтобы оплатить врача?

Насколько много он поймёт, если я скажу, что врач из их же рода? Поймёт, что врач приходил меня обследовать? И если поймёт, то какие выводы на мой счёт сделает? Он во всём этом разбирается куда лучше меня, и даже из вскользь сказанного может вытащить больше, чем я могу представить. Или мне стоит поумерить свою паранойю?

— Похоже, что так. И нет, он не сказал, в чём именно их интерес.

Зак немного расслабился, сдержанно рассмеявшись:

— Наивный ты. Тут, типа, и думать не надо. Ты, судя по твоим похождениям слабенький, но одарённый, — он хитро подмигнул. — Причём ты, типа, в полной заднице прямо сейчас. Помочь тебе — это, типа, получить верного человека, причём, за гроши. Понимаешь?

Ха. Если бы всё было так просто. Но я кивнул:

— Ага, было бы здорово. Только вытаскивать меня не будут. Вопрос с выживанием остаётся актуальным.

Я уставился на поднос и задумался. Зак дал мне немного времени, переговариваясь со своими шестёрками. Остальных парней я воспринимал фоном, они не были мне интересны. Я либо выберусь отсюда, и постараюсь держаться от Корня как можно дальше, либо погибну. В любом случае я вряд ли их встречу за пределами тюрьмы.

— Так что ты собираешься делать? — вновь обратился ко мне Зак. — Потому что сидеть здесь и жалеть себя, это, типа, не поможет.

Едва не потянулся к плечу, где были закреплены нож и отмычка. Удивительно, но меня не обыскивали, отчего у меня возникли некоторые вопросы. Я видел, как обыскивали других заключённых.

— Хочу попасть в карцер, — ответил я, пытаясь сосредоточиться на планировании.

Получалось плохо, мысли спрыгивали на обыски. Один сразу после драки, другой перед попаданием в карцер. Может, и ещё где-нибудь. Вся эта идея всё ещё казалась мне сомнительной. Зак ухмыльнулся, будто посчитал мои слова шуткой:

— Ты с этим отлично справляешься и сам. И от надзирателей он не спасёт.

— На ночь, — уточнил я.

Он на секунду замер, а затем мигом стал серьёзным. И даже воровато оглянулся, будто занервничал.

— Ты не первый, кто догадался, что там нет ночного поста охраны, — очень тихо, едва слышно сказал он, заглядывая мне в глаза.

Парень очень хорошо знает местную жизнь. Я даже немного завидую. Впрочем, Зак даже не дал мне ответить:

— И о том, что замки камер невозможно вскрыть изнутри ты, типа, тоже знаешь уже. Тебе дали... — он вновь огляделся. — Типа, ты понял. Дали, да?

Неприятно. Чувствую себя ребёнком, пытающимся утаить от взрослого, что стащил конфету из буфета. Неужели я настолько предсказуем? Нет, даже не я, а Минакуро? Весь их коварный план в лёгкую раскусил первый же достаточно сообразительный заключённый. Как-то это совсем некруто.

Я посмотрел ему в глаза, стараясь показать на лице как можно меньше эмоций, чтобы не показать больше, чем я уже показал.

— А ты, типа, интересный парень, — он откинулся назад, посмотрев на меня насмешливо. — Вроде наивный, типа, первый раз здесь, но я-то вижу глубже. Я тоже, типа, одарённого, только заклинаниями не кидаюсь.

Мне оставалось только молчать, чтобы не сболтнуть ещё чего-нибудь.

— На ночь туда попасть не так уж сложно. Главное, типа, не перестараться. Можно поднять бунт, но это не про тебя. Устроить побег, — он задумчиво взглянул в потолок, обдумывая этот вариант. — Но могут сильно побить перед тем, как бросят в камеру. Или поучаствовать в массовой драке, а лучше — стать её зачинщиком. Но это надо делать вечером, как можно позднее.

Я медленно кивнул:

— И не загреметь вместо карцера в больницу.

— Типа да, — согласился Зак, широко и очень зло улыбнувшись. — Ещё можно побить надзирателя, если силёнок, типа, хватит. Но после этого опять же скорее снова окажешься в конце, чем в карцере.

Поморщился, потирая виски.

— Значит — зачинщик вечерней драки. И почему я уверен, что меня ещё до обеда втянут в неприятности помимо моего желания?