— Держитесь рядом и... Не знаю. Если скажу — будьте настороже, сам буду выглядеть идиотом.

— Знаю, несвоевременный вопрос, — подал голос Санни. — Но кто-нибудь помнит дорогу?

— Я это... Обратно — помню, — ответил Витор. — Но куда мы идем?

Я пошел вперед, пока по тому же маршруту, по которому двигались днем. Других я все равно не знал.

— Задавать вопросы и выбивать ответы, — сказал я, но сам внимательно следил за домами.

Откуда-то постоянно доносились голоса и прочий шум, но на улицах никого не было видно. И это напрягало. Я знал, что рано или поздно неприятности нас найдут, исключительно вопрос времени. Но приближать их я вовсе не стремился.

Но, во-первых, не имел возможности пройти по этим районам так, чтобы не привлекать внимания местных. А во-вторых — ничего не знал об этих серых. То есть вообще. Они запросто могли оказаться как безобидными пацифистами, что было практически невозможно, так и каннибалами, чего я бы не исключал. Не мог я оценить степень опасности, сразу мысленно настраивая себя на то, что сегодняшнюю ночь могу и не пережить.

И перегородившие нам дорогу серые не заставили себя долго ждать. Я, не скрываясь, ухмыльнулся от чувства дежавю. Вот только здесь были взрослые мужчины, чьи хмурые рожи отметали версию с пацифистами. Впереди стояло пятеро, сзади нас еще трое.

— Здоров, — я поднял руку в приветствии.

На счет Теренса я был уверен, что этому козлу надо бить лицо, причем лучше сразу ногами. А вот с этими такой уверенности не было, и потому я сделал попытку быть вежливым.

Физиономии серых ничего не выражали, но на мое приветствие они хотя бы переглянулись. Хоть какая-то реакция.

— Прывітанне, — отозвался серый. — Што вы тут робіце?

Я не мог разобрать, это жуткий акцент, или диалект, но понимал серого я с трудом.

— Нас сюда привели без нашего согласия. Мы хотим уйти.

— Далей раены каляровых, — сказал серый. — Яны вас не прапусцяць.

И то, что он вообще рассматривает вариант, в котором мы дойдем до районов цветных, вселял оптимизм. А то, что цветные к нам прицепятся, я и сам отлично понимал.

— Да, — соглашаюсь. — Но я не знаю иного пути.

Серый кивнул.

— Іншыя шляхі есць, — сказал он, но я не понял смысла вообще. — У абход.

Вздохнул, борясь с дрожью. Очень хотелось верить, что я не провалю диалог следующим вопросом:

— Что ты сказал? Я тебя не понял.

— Я магу паказаць іншы маршрут, — более развернуто ответил серый, и в этот раз смысл я понял. — У абыход раенаў каляровых.

Я сглотнул ком в горле, думая, как задать следующий вопрос. Потому что от «могу показать» до «покажу» есть очень большая пропасть. Пока я размышлял, он снова заговорил:

— Што ў вас у торбах?

Я тут же скинул с плеча свой мешок, подняв его в руке.

— Немного еды. Меняю еду на безопасный маршрут через районы цветных.

Остальные серые оживились, хотя и едва заметно. Они все так же напоминали анимированные статуи, сбежавшие ночью с кладбища, но быстрые бросаемые взгляды на наши сумки и того, кто с нами разговаривал, давали мне достаточно.

— Усе тры сумкі, — ответил серый. — Я правяду вас па бяспечным маршруце за ўсе тры сумкі з ежай.

Я поморщился, но это было ожидаемо.

— Договорились, — и уже парням. — Снимайте сумки. Обменяем еду на проводника.

О чем переговаривались серые, я не слышал. Но подошли к нам двое, и говорливый протянул руку. Жест был интернациональный, но не тот, который «здравствуйте», а тот, который «давай». Когда наша еда перекочевала к серым, он отдал сумки своему спутнику. А сам махнул нам рукой:

— Сюды. Ідзіце за мной.

И повел нас в какую-то подворотню. Напрягало нас троих это неимоверно, и рукоять ножа я сжимал до боли в пальцах, одновременно стараясь контролировать обстановку, чтобы успеть среагировать на внезапную атаку.

Но никакой атаки не было. Он привел нас к большому ржавому люку, догадаться о предназначении которого не составляло труда.

— Падземны Горад, — прокомментировал серый то, что и так было очевидно.