То, что несли радиоволны, не являлось никакой «мистификацией большевиков».

То, что неведомые пришельцы сделали с регионом Рура, словно прорвало плотину, сдерживавшую ужас..

Уже днём 29-го «европейская служба» Би-Би-Си передала на русском и английском заявление британского Премьера, в которой тот изъявил желание иметь военный союз, как и с СССР, с любой силой, противостоящей гитлеровской Германии и в открытую призвал к установлению равноправных отношений и «..подтверждению того, что мир слышит ныне на волнах Радио Коминтерна»..

А из Америки были получены достоверные сведения от том, что местная мощная радиостанция WLW, работавшая на средних волнах с 48-го этажа небоскрёба в Цинциннати, снова перешла с ограниченного лицензиями 50 кВт на 500 кВт вещание ради ретрансляции (в первую очередь, для собственного населения США) обращения Рузвельта к объявившим себя «пришельцами из будущего» c предложением «полноценного и дружеского контакта»..

Великая Отечественная война (та, которую вёл Советский Союз) родила советскую гвардию.

«В небесах, на земле и на море» — как любили рассказывать (в основном молодому поколению советских граждан) послевоенные советские «идеологически заряженные» книги и фильмы.

Пройдя множество пертурбаций, связанных с переформированиями, передачами гвардейских знамён и подобными обстоятельствами почти 80 лет истории, наследники боевой славы рождённых в пламени ВОВ гвардейских соединений, приняли самое деятельное участие в форс-мажорной военной операции «можем повторить», которую любили воплощать в виде наклеек на авто (частенько немецкого производства, гм..) гражданские люди второго десятилетия 21 века и которую пришлось реально реализовывать ВС РФ, причём именно на тех же организмах, от претензий и самомнения которых столь тяжко и кроваво отбивались предки.

Историю отныне предстояло в школах и ВУЗ-ах изучать в «двух вариантах» — «тогда» и «сейчас»..

Ранее упоминавшаяся 1-я гвардейская танковая, о двух дивизия которой речь ещё пойдёт впереди, с 27-го выполняла задачу прикрытия Московского направления.

А 1-я гвардейская смешанная авиационная дивизия формирования 2013 года, приняла с вечера того же дня участие своими авиаполками в боевых действиях на Западном и Юго-Западном Фронте.

Благодаря установленному контакту поздним вечером 27-го с КП этих советских фронтов (а также Северо-западного с 28-го), советская авиация сократила свою активность в БССР и, частично в советской Прибалтике (в первую очередь, в Литовской ССР и Латвийской ССР) — и над западной частью УССР, значительно облегчив процесс идентификация воздушных целей для ВКС РФ. Надежд на хорошее взаимодействие в воздухе, особенно с учётом факторов времени, плохой радиофикации самолётов ВВС РККА и пока слабо налаженного взаимодействия с войсками СССР на низовом уровне, было мало. Хорошо было хотя бы то, что представителям ВС РФ на КП трёх советских фронтов удалось договориться о прекращении любых действий советской авиации над территорией максимального сосредоточения усилий ВКС РФ — около Минска, над западной Белоруссией, Западной Украиной и на подступах к Риге и в Даугавпилсе, в который уже ворвались немцы и в котором 28-го шли городские бои.

Говоря о Северо-западном Фронте, точнее об его руководстве, стоит отметить, что его штаб, 26-го выступив на рассвете дня с места предыдущей дислокации в лесу восточнее Паневежиса на Крустпилс, далее Даугавпилс, при открытом и плохо подготовленном отступлении огромной колонной из свыше сотни машин был засечён немецким самолётом-разведчиком и попал под авиационную бомбардировку шестёрки вражеских бомбардировщиков. Которые, несмотря на зенитное противодействие, смогли уничтожить больше десятка автомашин. Последующая передислокация в вечеру 27-го в район Пскова, проблемы со связью с соединениями фронта, обрыв связи с «Москвой-1941» и время, потерянное при первоначальном, крайне нервном контакте ранним утром 28-го прибывших на вертолётах офицеров ССО и представителей генштаба ВС РФ с штабом Северо-западного фронта и его весьма подозрительным и недоверчивым командующим генерал-полковником Кузнецовым Ф.И., привело к тому, что наладить доверие и реальное взаимодействие с СЗФ удалось только днём. Что вылилось, например в то, что в Даугавпилсе, как и в «той истории», попытка частей РККА 28-го отбить город оказалась неудачной и он был к вечеру полностью взят немцами. Да и основные усилия авиаполков ВКС РФ были сосредоточены южнее, в БССР. В Прибалтике 28-го наносились только отдельные авиаудары по немецким наземным войскам.

Боевая задача 559-го бомбардировочного авиаполка на истребителях-бомбардировщиках Су-34 из состава 1-й гвардейской смешанной авиадивизии 27-го числа уже упоминалась — от неё «второй волной» досталось передовой 11-й танковой дивизии вермахта, ведущей бой с частями РККА за город Острог в Ровенской области УССР. Но в этой авиадивизии было ещё три других авиаполка. И их участие в боевых действиях началось с 28-го июня.

Два из трёх этих авиаполков работали с аэродромов мест своей постоянной дислокации (их тяжёлые истребители имели достаточный боевой радиус действия):

3-й смешанный авиаполк, базирующийся на аэродроме Крымск Краснодарского края, на своих Су-27 разных модификаций начал операцию по уничтожению любых находящихся в воздухе сил люфтваффе над УССР, в первую очередь, её западной частью.

Полная ликвидация германского превосходства в воздухе — одной из основ блицкрига, являлось одной из мер экстренной помощи силам РККА как на ЮЗФ, так и в воздушном пространстве ЗФ в БССР, где действовал и другие авиаполки:

Со своего аэродрома в Миллерово Ростовской области, эту задачу (как и истребительные авиаполки других авиадивизий ВКС с их мест дислокации) начал решать, на совсем новых Су-3 °CМ 31-й гвардейский истребительный авиаполк.

А четвёртому авиаполку 1-й гвардейской авиадивизии — 368-му штурмовому, с его самолётами-штурмовиками Су-25, для авиаударов по клиньям немецких танковых групп вокруг Минска пришлось передислоцироваться с родного аэродрома в Будённовске Ставропольского края поздним вечером 27-го в Смоленск, на старый аэродром Смоленск-Северный, с которого их дальность позволяла действовать в районах около и западнее Минска. Под крыльями всех самолётов находились в тот момент только подвесные топливные баки для первого боевого вылета следующим утром.