— Стелла!!! — хрипло заорал Стенли так, будто у него разрывалось сердце. Мощные плечи поникли, темноволосая голова бессильно упала на грудь.

«Ох как он хорош», — у Аси мурашки бегали каждый раз, когда она смотрела на Димку. Не было ощущения, что он играет, наоборот — персонажи Варламова буквально оживали на сцене. У него неуловимо менялся голос, жесты. Даже взгляд. «Не понимаю, почему Юрич не утвердил его сразу на роль, — думала девушка, — это просто нечестно по отношению к другим парням. Ребята-то надеются на что-то, хотя всем очевидно, что до Варламова они не дотягивают».

— Отдайте мне мою девочку, пусть вернется, — снова заговорил Стенли, на этот раз жалобно и проникновенно. Таких чувств не ожидаешь от грубияна и бунтаря, но тем интереснее и многограннее получался у Димки этот персонаж.

— Стенли… — из-за кулис выскочила Стелла в исполнении Кати Игнатенко. И вот, кстати, непонятно было, кому принадлежал страстный и влюбленный взгляд — то ли героине, то ли самой Кате. Она так откровенно пускала на него слюни, что была похожа не на законную жену героя, к тому же беременную, а скорее на его тайную любовницу.

Стенли развернулся к своей любимой, восторженная Катя подбежала к нему.

Ася с раздражением подумала, что они сейчас будут целоваться, а ей придется смотреть на это. Вряд ли Дима, с его правдивостью на сцене, изобразит сейчас целомудренный поцелуй в щечку.

Судя по всему, Катя на это тоже надеялась и решила усилить эффект. Она забросила руки на плечи своему сценическому мужу и вдруг резко запрыгнула на него, обхватив парня ногами. Совершенно не ожидавший такого страстного порыва Димка машинально поймал девушку, зашатался, сделал шаг назад и…наступил на край кулисы. Нога поехала в сторону, и парочка феерично рухнула на пол.

Наверное, это могло бы выглядеть даже страстно, если бы Дима не зашипел от боли, приложившись спиной об пол, а Катя от неожиданности не выдала звонкое «бл. дь».

Зрители на секунду замерли, а потом разразились громовым хохотом. Ася, как бы ей ни было жалко Варламова, тоже не могла удержаться и смеялась в голос.

— Стоп, — прогремел Юрич. Похоже, ему одному было не до смеха. — Закончили, следующий этюд.

— Но Петр Юрьевич! — из-за кулис высунулась, чуть не плача Наташа, — я даже не успела выйти!

— В другой раз, — отрезал режиссёр, — скажи спасибо своим партнерам.

Расстроенные, ребята убирали реквизит со сцены, освобождая её для следующей группы.

— Вот ты корова, Игнатенко! — не удержалась Наташа, зло глядя на Катю, — нахрен ты прыгнула на него?

Та только молча опустила глаза.

— Да ладно, Наташ, — попытался её успокоить Дима, — это я не удержал Катю.

— Ты тут не при чем, — фыркнула девушка, — Я же помню, как ты меня когда-то на руках таскал! И ни разу не уронил.

Она многозначительно глянула на Варламова, он усмехнулся ей в ответ.

— Хочешь, кофе попьём после репетиции? Считай это моим извинением за сорванный этюд.

— Конечно, хочу, Варламов, — промурлыкала Наташа, — Когда я отказывалась?

Катя Игнатенко яростно на неё посмотрела, но промолчала. После сегодняшнего прыжка у неё, судя по всему, не было шансов.

Ася, случайно услышавшая этот диалог, скрипнула зубами. Почему её так задевает это? У неё вообще-то есть Макс. Надо не забыть позвонить ему вечером. А Варламов пусть катится к черту. Хоть с Катей, хоть с Наташей, хоть со всеми бабами на Земле.

Вчерашний разговор с Максом оставил очень неприятный осадок. Он с кислым лицом выслушал Асин рассказ о том, как она уговорила Юрича попробовать её на роль Бланш, как смогла сделать классный этюд с ребятами, которых никуда не выбрали.

— Эээ, здорово, — неискренне сказал он.

Асе стало обидно. Мог хотя бы за неё порадоваться. В окошках видеочата повисла тишина. Разделенные километрами, они молчали.

— Я надеюсь, — наконец заговорил Максим, — ты помнишь, о чем мы договаривались. Если ты решишь остаться в Москве, мы расстаемся.

— А если меня просто выберут играть в спектакле?

— Я…я не знаю… Зачем тебе это, родная? — с неприкрытой болью спросил парень. — Чего тебе не хватает в Томске? Ролей? Ты же знаешь, что Алена Сергеевна молится на тебя, все главные роли твои.

— В этом и проблема, Макс, — еле слышно ответила Ася, — мне нужна конкуренция. Да, я лучшая у нас в театре. Но из-за этого я перестала понимать, кто я и чего стою на самом деле. Может, это не я такая классная, а просто театр стал хуже? Ушло много опытных актеров, пришли новички из студии. Надо все начинать заново. А еще я устала быть самой старшей, постоянно играть мам, теть, прочих зрелых женщин.