Многие из ребят недовольно бурчали, но Ася расплылась в довольной улыбке. Все, что было связано с движением и танцем, она просто обожала! Жаль, в их театре не было таких регулярных занятий, хореографа звали только для того, чтобы поставить танец для спектакля. Так что сегодняшнее занятие девушка восприняла практически как подарок судьбы. Надо только в репетиционную форму переодеться.

Возможно, если бы кому-то другому — не актерам — предложили переодеваться на глазах у толпы незнакомых людей, то это вызвало бы дикое возмущение. Но ребята, особенно те, кто только закончил институт, в этом точно ничего особенного не увидели. Ты столько раз переодеваешься рядом со своими партнерами по этюду или спектаклю, столько раз кого-то обнимаешь или целуешь, а с кем-то дерешься и катаешься по полу, что отношение к своему и чужому телу неизбежно меняется. Во всяком случае на работе.

Ася повернулась к своему рюкзаку, чтобы вытащить форму, и вдруг наткнулась взглядом на Варламова в другом углу зала, который, не переставая болтать с девчонками, одним движением стянул с себя футболку. Асе было дико стыдно за себя, но она не могла оторваться от вида мощных мышц спины, перекатывающихся под смуглой кожей. Димка рассмеялся в ответ на чьи-то слова, повернулся и вдруг встретился с девушкой взглядом. Смех замер у него на губах, лицо будто потемнело. Продолжая смотреть на Асю, он неторопливо надел репетиционную футболку, потом коварно усмехнулся, расстегнул пуговицу на джинсах и, просунув большие пальцы за пояс, медленно потянул их вниз. Нет, она не будет на это смотреть!!! Ася судорожно отвернулась, ощутив, как щеки обожгло волной стыда.

Кошмар, она будто первый раз парня без футболки видит. За все эти годы в театре чего только не было: в институте, помнится, она раскрашивала гримом голые торсы парней, изображающих аборигенов, а в драмтеатре как-то пришивала Толе трусы к штанам — прямо на нём! — чтобы красные боксеры не выглядывали из-под костюма и не вносили в роль принца неожиданную пикантную нотку. Ну ладно, это были относительно чужие парни, но вот Макс — её жених, на минуточку! — вообще перед ней постоянно полуголый шляется, а ей хоть бы хны!

Дико разозлившись на себя, Ася рывком дернула пакет с репетиционными вещами из рюкзака и вдруг совершенно четко ощутила спиной взгляд. Твою мать. Даже не надо было оборачиваться, чтобы понять, что Варламов на неё смотрит. Аж между лопатками горячо стало. Но ей же надо переодеться. А как сейчас снимать одежду, зная, что он наблюдает? Чёёёрт…

«Спокойно, спокойно, — увещевала себя девушка, — ты перед ним уже один раз раздевалась, ничего нового он для себя не увидит». Пытаясь казаться невозмутимой, она сняла свитер, поежилась — в зале было довольно прохладно, от чего соски тут же натянули тонкую ткань полупрозрачного бюстгалтера. Асино лицо запылало жаром при мысли о том, что Дима всё это видит, и она торопливо надела футболку, мысленно возблагодарив Бога за то, что она свободного фасона и из плотной ткани.

Уф, остались джинсы. Не стоило и мечтать о том, чтобы быстро и незаметно их снять — они были как назло очень узкие и обтягивающие. Но попытаться, конечно, стоило. Ася яростно потянула джинсы вниз, молясь, чтобы вместе с ними не снялись и трусы. Вот для Варламова будет представление! Почему-то в этот момент она не думала о том, что кроме Димы тут еще целая толпа народу. Их мнение её не интересовало совершенно.

Когда Ася наконец переоделась в репетиционную одежду, её лицо полыхало от странной смеси смущения и злости. Но не смогла удержаться и стрельнула глазами в сторону Димки. Интуиция не обманула — стоял и смотрел на неё, потом ухмыльнулся и показал ей большой палец. Вот козел! Да что он себе вообще позволяет, этот наглый противный пацан?

Асю начинало трясти от еле сдерживаемых эмоций. Она сильно сжала руки в кулаки, так что ногти больно впились в кожу. Это немножко отрезвило. Она несколько раз вдохнула и выдохнула, ощущая, как постепенно выравнивается дыхание. Надо быть спокойнее и не реагировать на его провокации.

— Я вас долго буду ждать? — крикнула хореограф. — Быстро все на сцену!

Ася по привычке встала в первую линию, но потом сообразила, что не сможет нормально заниматься, зная, что Варламов пялится на её задницу, и быстро сбежала в последние ряды. Кстати, а где он сам?

Димка появился только через десять минут после начала занятия, и Мария Евгеньевна наградила его убийственным взглядом.

— Извините, — пожал тот плечами, но виноватым вовсе не выглядел. Спокойно занял место в предпоследнем ряду, прямо перед Асей. Он был так близко, что девушка ощущала исходивший от него запах морозного воздуха и сигаретного дыма. Час от часу не легче!

Тренинг по хореографии превратился в настоящий кошмар. Как бы Асю это ни бесило, она не могла не смотреть на Диму, который был прямо перед ней. Он двигался чуть лениво, грациозно — как дикий зверь, и от каждого его движения внутри девушки поднималась горячая волна и что-то екало в груди. Почему пять лет назад она не реагировала на него так остро? Разве что-то изменилось?

Ася лукавила: она прекрасно знала ответ на свой вопрос. Конечно, изменилось. Варламов за эти годы ощутимо возмужал и теперь ни у кого бы язык не повернулся назвать его «мальчиком». В нем все было подчеркнуто мужским: широкие плечи и узкие бедра, сильные руки с красиво обрисованными мышцами и крепкая загорелая шея. Несмотря на разделявшее их расстояние, Ася почти физически ощущала жар, исходивший от его разгоряченного тела и еле уловимый запах мужского пота, который — странное дело! — вызывал не отвращение, а желание глубже вдохнуть, прижаться к коже, попробовать её на вкус…