В обжитые места сразу не пошли, переночевали в одном из уцелевших домишек. Спешить некуда. Зато утром, едва солнце выглянуло из-за горизонта, плотно позавтракли и двинулись в центр.

— Мастер! — первый же попавшийся нам перворожденный, вооружённый и в броне, сразу же узнал Самиэля. Видимо мой подчинённый имел среди ушастых серьёзную репутацию, потому как эльф в пояс поклонился, показывая своё уважение, и лишь после заговорил: — Мастер, князь Мироэль ждёт тебя!

— Я не знаю никакого Мироэля, младший брат. — ответил Самиэль. — Куда делся наш…

— Он ушёл в изгнание, мастер. После того, как князь долгое время был безвольной марионеткой прислужника демонов, он сам снял с себя ответственность, передав её князю Мироэлю.

— Передай новому князю, мой хозяин хочет поговорить с ним. — было видно, как тяжело даются эти слова мастеру. От услушанного у встретившего нас эльфа глаза на лоб полезли.

— Мастер? — растерянно спросил он. — Что значит — хозяин?

— Я расскажу как-нибудь эту историю, но сейчас на это нет времени.

Новый князь принял нас крайне холодно. Он даже не привстал со своего трона, хотя все встреченные нами ушастые проявляли брльшое почтение в отношении мастера. Более того, когда правитель эльфов узнал, что мастера победил хуман, да ещё и однорукий, он открыто заявил, что не хочет разговаривать с Самиелем, потому как мастер не только потерял свой статус, но и опозорил свою расу.

— Ты потерял право называться мастером, проиграв этому мальчишке! — заявил он, тыча в мою сторону пальцем. Я всё это время молчал, потому как не знал правил этикета перворожденных, да и речь пока не дошла до самого главного. Но, услышав, как этот седой эльф называет меня мальчишкой, подобрался. Внезапно пришло понимание — нам здесь не рады. И нормального разговора не получится. Эльфы — свободолюбивая раса, а я для них чужак. К тому же, они только что узнали, что их правитель был марионеткой предателя, и вряд ли согласятся на мои условия.

Показать силу? Я еще в детстве, от своей бабушки неоднократно слышал поговорку — насильно мил не будешь. А мне нужны только добровольцы.

— Самиель, мы уходим. — произнёс я, перебивая разошедшегося князя, вещающего что-то о законах и чести. Этот ушастый сейчас на своей волне, к тому же только что стал правителем целой общины перворожденных. Каждое его действие пристально рассматривается и взвешивается ушастыми. Прими он моё предложение, и его сочтут слабаком. Эх, не вовремя мы пришли, совсем не вовремя. Да и сама идея теперь выглядит крайне наивной.

— Хуман, ты посмел прервать мою речь! — внезапно вызверился князь. — Я оказал тебе небывалую милость, разрешив присутствовать здесь. Но ты, грязное животное, совершенно не умеешь сдерживать свои звериные повадки. И всё же я пощажу тебя, хоть ты и заслуживаешь хлыста.

Мне стало смешно. Настолько, что я не смог сдержаться и расхохотался. Твою бабушку, этот придурок решил меня выпороть! Тот, кто находится в стадии формирования короны, угрожает отшлёпать меня. На что он вообще рассчитывает? Что я испугаюсь его телохранителей? Чёрт, да он похоже совсем не слушал, что ему говорил Самиель.

— Встань на колени! — приказал я князю, прекратив смеяться. «Взгляд инквизитора» подействовал именно так, как я и рассчитывал. Мироэль поднялся со своего трона и опустился на колени, ожидая дальнейших приказов. И я не заставил себя ждать: — А теперь выйди на улицу, не поднимаясь с колен и опираясь на руки.

И князь пошёл. Ловко перебирая руками и ногами, он в полной, внезапно наступившей тишине добрался до двери, ведущей из приёмного «зала» в общий коридор. И замер, не зная, как поступить, ведь чтобы дотянуться до дверной ручки, ему необходимо привстать, но я приказал опираться на руки.

— Вернись на свой трон, Мироэль, и сиди на нём с закрытым ртом в течении часа. — отдал я новое распоряжение, а затем обратился к своим подопечным: — Уходим отсюда. Мастер, ты можешь узнать, где мы сможем найти старого князя?

— Вряд ли. Мне сказали, что за изгоем ушли четверо братьев. Те, кто был с ним с самого начала.

— В любом случае нам стоит покинуть этот город. Я не хочу убивать перворожденных, а это придётся делать, ведь князь не простит унижения. В поединке чести, или ещё как, но здесь, в городе, жертв будет намного больше, чем в поле. Да, я не верю, что никто не видел, в каком направлении ушёл бывший князь. Узнай хотя бы это. — я снял с пояса фляжку и сделал пару глотков — горло пересохло, видимо от нервов. — Мы будем ждать на рынке.

Все необходимые покупки делали ученики мастера, мы же с Эраей зашли в небольшую закусочную, где все должны были собраться через пятнадцать минут. Кто ж знал, насколько такое решение было ошибочным. Кто ж знал…

— Эй, трактиршик! — заорал коренастый бородач, едва переступив порог закусочной. Вид у него был изрядно потрёпаный, в глазах бесенята, кисть левой руки неумело замотана грязной тряпкой. — налей нам самого крепкого пойла, что у тебя имеется! И себе налей! Всем налей, за мой счёт!