— Дома поужинаю, — с улыбкой отмахнулась женщина.

Сегодня я выплатила ей зарплату. Видимо, именно это и подняло настроение.

Запоздалый стук в дверь заставил всех нас вздрогнуть и обернуться. Мы никого не ждали в такой час. А внутри у меня что-то сжалось от дурного предчувствия.

Опекунша всегда говорила, что поздние гости — плохие вести. И я была с ней в этом солидарна.

— Вы кого-то ждете? — поинтересовалась Миль, спешно вытирая руки о фартук.

— Нет, — я встала из-за стола. — Если это соседка по имени Мэри, не впускай.

Эмили кивнула и поспешила к двери, когда стук повторился. Несколько секунд из прихожей не раздавалось ни звука, а потом… послышался плач.

Я сорвалась с места, кинулась вон из столовой. Холод пробежал по рукам, будто подтверждая мои мысли о дурных новостях.

У входной двери стоила сгорбившаяся Эмили. Ее обнимала Анни. И обе рыдали так горько, что у меня душа содрогнулась.

— Что случилось? — тихо спросила я, не зная, хочу ли на самом деле знать о новой беде этих женщин.

В голову сразу же полезли мысли о том, что болезнь девушки вернулась. Ну не мог же мой портрет на самом деле исцелить умирающую Анни…

Вокруг меня столпились остальные домочадцы, испуганно смотрящие в сторону двух женщин. Эвен приобнял Мию за плечи, Элли прижалась к ноге старшей сестры.

— Наш дом снесли, — всхлипнув, выдохнула женщина, обнимая дочь. — Даже не дали вещи забрать. Не предупредили…

— Меня дома не было, — поддержала ее Анни, утирая слезы и поднимая на меня заплаканные глаза. — Я не успела ничего забрать.

Так. Все не так плохо, как я могла бы подумать.

Бросив взгляд на всех, кто сейчас стоял в прихожей вместе со мной, я пожала плечами и протянула:

— Ну-у-у-у, у нас есть свободная комната.

Я боялась, что Эвен воспротивится. Но он только поймал мой взгляд и утвердительно кивнул.

У меня будто камень с души свалился. А Эмили удивленно оглянулась, выпустив дочь из объятий.

— Это точно! — поддержал меня Генри, улыбнувшись. Но смотрел при этом законник на Анни. — А у меня остался старый матрас, я сегодня на нем посплю. Так что одна кровать свободна.

— Ну, я могу и в таверне сегодня переночевать, — пожал плечами Цвет, возвышаясь над нами.

— А я тогда к столярам сейчас загляну, — вызвался Эвен, бросив взгляд в сторону окна. — Закажу нам еще две кровати. Яра, что скажешь?

Я на мгновение задохнулась от той доброты, которую все излучали. От того желания помочь ближнему.

И потому только сдавленно пискнула:

— Мальчики, вы невероятные.

Генри усмехнулся и покачал головой:

— Яра, прости, но многомужество у нас под запретом.

И подхихикивая пошел на второй этаж, разбираться с матрасом.

Волдер Митчел

— Что вы тут забыли? — настроение у графа было отвратительным.

Не скрашивали его ни воспоминания о чудесном ужине с прекрасной женщиной. Ни мысли и планы на ближайшее будущее.

Сейчас перед лордом Митчелом стояла троица в белых одеждах. На их шеях сверкали золотые кулоны в форме дерева в круге.

— Вам стоит перестать вмешиваться в наши дела, — спокойно проговорил один из них.

Они заявились в его дом без приглашения и с обвинениями. Это разозлило Волдера еще сильнее. Сейчас ему вообще было не до них. Не до города. Не до дел.

— Или вы перестанете мешать нашей организации, или…

— Или что?! — с вызовом поинтересовался граф. — Донесете об этом его величеству? С радостью выслушаю его мнение по поводу ваших действий. Особенно тех, что не были позволены короной.

— Мы знаем все о вашей семье, — низким голосом проговорил второй из незваных гостей. — Не боитесь, что последуете за ней?

И здесь терпение Волдера Митчела лопнуло, как натянутая струна. Звонко. Оглушительно. И бесповоротно.

— Вы ошиблись дверью, господа, — сухим тоном произнес он, сжимая кулаки. — Но в этот раз, я надеюсь, выход найдете самостоятельно.

Граф не собирался терпеть такие угрозы. Не собирался терпеть инквизицию в своем доме. Особенно сейчас, когда в соседней комнате его ждала гостья.

Гостья, которую он больше не ожидал увидеть в этой жизни.