– Доподлинно мы этого не знаем, – Алексис открыла другие файлы. – Посмотри на данные по смертности в округе за последние десять лет.

– Вижу, что дело дрянь. Что там еще есть?

– Данные по авариям.

– Открывай.

Алексис показала документы из архива архиереев, в том числе по нашей с Роуз аварии. Фотографии с места происшествия, протоколы вскрытия.

Я отвернулась. Вернулась к столу, выпила еще вина и продолжила читать про повреждения своей сестры.

– Она получила травмы, несовместимые с жизнью, – Алексис подошла и остановилась рядом. – И ты ни в чем не виновата. Вас хотели убить, и ты выжила. Вот и все.

– Почему не убили меня? – я посмотрела на нее. – Мой Исток стоит дороже всех остальных. Почему меня – выжившего свидетеля – пощадили?

– Мы думали, возможно, ты знаешь ответ?

– Нет, я не знаю. Будь я на месте того, кто собирал урожай, себя бы прикончила в первую очередь. Только если… – я посмотрела на Алексис, – цель была не в сборе урожая Жатвы… Если целью было убийство… Второго водителя или…

– Роуз? – прошептала Алексис. – Ты сказала, что сестра во время вашего разговора по телефону плакала?

– Мне показалось, что она боится. По-настоящему чего-то боится.

– А если она вызвала тебя не только для того, чтобы ты расстроила свадьбу? – предположила Алексис.

– Хотела, чтобы я была рядом и защитила ее от чего-то еще?

– Вспоминай, что тебе показалось странным в тот день. Почему для такого разговора она отвезла тебя в лес?

– Она знала, куда едет. Знала эту дорогу, знала, что будет лес. Она не хотела разговаривать в машине, потому привезла меня туда и вышла на улицу. Почему она вышла из машины?

– Воздухом подышать? – Одьен подошел к Алексис и опустил руки ей на плечи.

– Она взяла с собой сумочку? – внезапно спросила Алексис.

– В смысле? – не поняла я. – Нет, мы оставили вещи в машине и просто вышли.

– У нее была дорогая машина с бортовым компьютером, к которому можно подключать все свои электронные устройства?

– Да… – протянула я, понимая, куда клонит Алексис. – Думаешь, за ней кто-то следил и мог подслушивать? Поэтому она предпочла поговорить наедине в лесу?

– Если она подозревала, что за ней следят, то поступила разумно.

– Покажите мне остальные файлы, – попросила я.

Айени остановился за моей спиной и опустил ладони мне на плечи. Я не стала их отбрасывать. Тепло, струящееся от его рук по моей спине, согревало холодное тело, и отстраняться от этого тепла я не спешила.

– Алексис, покажи файлы на «Рейтер-моторс», – голос Айени прозвучал вполне трезво.

– «Рейтер-моторс»? – я повернула к нему голову.

– Знакомо название? – спросила Алексис, открывая файлы с какими-то трансакциями.

– Что это такое?

– Это «список смертников», который нашел Питер Донохью. Все владельцы счетов, с которых поступали деньги на эти счета Рейтер-Моторс, мертвы. Для каждой жертвы одна и та же сумма, но разная частота взноса: от раза в квартал до раза в год. И у каждой жертвы свой тариф. В этом списке есть восемь палачей, погибших в больнице города Р. за последние два года.

– Восемь палачей в одной больнице за два года – большая концентрация.

– Мы предположили, что сеть занимается не только сбором урожая, но и помогает скрываться беглым райотам и палачам.

– И благодаря тому, что все они у них под колпаком, может кого-то из них убивать, чтобы собрать урожай побогаче, – кивнула я.

Алексис открыла новый файл – на этот раз со списком сотрудников Рейтер-Моторс и данными на них.

– Да чтоб меня! – я указала рукой на имя Анданио Отти. – Эта сволочь промышляла сексуальным рабством послушников!

– Откуда информация? – напрягся Одьен.

– Доказательств нет! Мне о нем рассказала Мэрил Бижуа, когда мы с ней еще в школе учились. Этот Отти встречался с ее кузиной-послушницей. Кузина расписывала свои сексуальные игры с ним, которые очень напоминали донорство Потока послушником. Этот Отти ее бросил, и она умерла от рака. Кажется, ей было двадцать три года, или меньше… Я рассказала об этом Дереку, но он попросил меня не совать нос в это дело и помалкивать. Сказал, что, если бы это была правда, Отти бы уже повязала служба маршалов. А если он действительно промышляет рабством и все еще остается безнаказанным, значит, это кому-то выгодно. И не нам в это лезть.

Алексис кивнула:

– Значит, Отти промышлял рабством вместе со своим кузеном, на которого хотели повесить убийство жены, но в итоге самого убили на сервисной станции.

– Еще раз и подробнее, если можно, – попросила я.

– Софи Крейн – жена Йохана Крейна – кузена Отти и соучредителя компании «Рейтер-моторс», – пояснила Алексис. – Софи была послушницей – секс-рабыней своего мужа-райота. Выживала за счет того, что палач оставлял ей Истоки зародышей после неудавшихся беременностей. Крейн избивал жену. После последнего избиения она оказалась в нашей больнице. Она снова была беременна, но на этот раз не от мужа. Она решила сбежать с любовником. В общем, Софи нашли в ее доме с множественными резаными ранами на теле. Успели привезти ее в больницу, где она скончалась. В убийстве подозревали ее мужа – Йохана Крейна. Его объявили в розыск и нашли мертвым в туалете на сервисной станции. Причина смерти – остановка сердца.